Закон Выброса

Так нет же – вместо того, чтоб нормально отдохнуть, беспокойный oрган генерирует всякие остросюжетные и зачастую тупые истории, тем самым изматывая и себя, и своего хозяина…

Это было резкое пробуждение, словно меня из глубокого омута выбросило на поверхность реальности. Так случается, когда сознание, нагородив всякой чуши и поняв, что нагородило, срочно прерывает кошмарный сон. Оно и понятно: сделал фигню – исправь, и чем быстрее, тем лучше.

Я открыл глаза, но реальность вряд ли была лучше того сна, из которого меня только что выбросило.

Я лежал в стеклянном гробу, и его прозрачная крышка висела у меня прямо перед лицом. И что это за крышка, сомнений не было, слишком много я их перевидал за свою жизнь.

Итак, я лежал в автоклаве. Стандартном гробу местных ученых для проведения экспериментов над людьми, погружения их в медикаментозный сон, введения в анабиоз и много чего еще. Например, я видел, как в таких автоклавах из биологических матриц создают копии живых людей и тварей, совершенно на людей не похожих.

Но сделать это было не так-то просто.

Во-первых, мозг после пробуждения работал туговато, и я никак не мог вспомнить последние события. Помнил разбитый грузовик, Хащща, уходящего вдаль, поле, выжженное широкой аномальной волной зеленой энергии… А дальше – как отрезало. Лишь какие-то зыбкие отрывочные фрагменты, словно засвеченные кадры кинохроники, плавали у меня в голове, словно рыбки в аквариуме, и мне никак не удавалось собрать их воедино.

А во-вторых, не много можно выяснить, когда ты плотно, словно сосиска в хот-доге, запакован в гроб и пошевелить можешь лишь онемевшими пальцами рук и ног, а также еще глазными яблоками, так как специальная твердая подушка плотно фиксирует голову, не давая ни малейшей возможности повернуть ее хоть немного.

Кляксу стального цвета, которая медленно и неуверенно ползла по крышке моего гроба.

Я был готов поклясться, что минуту назад ее здесь не было, а теперь вон, ползет, медленно переставляя ложноножки, по направлению к моей голове… а может, к замкy, который был расположен в изголовье автоклава.

Клякса была небольшой, в половину моей ладони, но очень настойчивой. Один раз она чуть не сорвалась вниз, чудом удержавшись на гладком стекле, но я оказался прав – ее целью оказался электронный замок моего гроба.