Законный брак

Вытянутые окна домов-башен загадочно блестели редкими для этого века стеклами, каменные стены молчаливой стражей теснили нас с двух сторон, а красная брусчатка казалась окропленной жертвенной кровью.

Я покосилась на мужа. Джеймс шел справа от меня, и его профиль напоминал изображение на старинной монете. Кейн казался спокойным, но мне ли не знать, что он всегда так выглядит, даже перед лицом опасности!

– Не бойся, Кэри, – почувствовав мою тревогу, тихо сказал муж. – Они не посмеют причинить тебе вред.

Можно подумать, меня заботило именно это!

– А тебе, Джеймс? – спросила то, что мучило меня вот уже который день.

– И мне, – твердо ответил супруг, но меня его слова совсем не убедили.

Если алайеты узнают о наших намерениях… Боже, помоги нам выбраться отсюда живыми!

Ветер кинул под ноги россыпь мелких листьев. Ярко-желтых, почти золотых. Они выглядели в этом каменном городе такими же неприкаянными чужестранцами, как и мы. Откуда их занесло? Где их родина?

До храма дошли быстро.

Голос, что отправил нас по дороге из красного камня, сказал правду. Единственная «кровавая» среди остальных обычных улица действительно вывела нас прямиком к огромному собору, возвышающемуся посреди круглой площади. Ее брусчатка тоже была красной, и лишь перед высокой мраморной лестницей, поднимающейся к закрытым кованым дверям, я заметила белые вкрапления, образующие непонятный узор.

– Смотрите, – прошептал Кристофер.

Мы подняли головы и увидели прямо над нами, на белоснежном фасаде храма, огромные старинные часы.

Большие, украшенные бронзовыми фигурками птиц и серебристыми металлическими кругами, они были очень похожи на папенькины «Клерво» и выглядели удивительно живыми, если можно так сказать про неодушевленный предмет. Птицы перелетали по блестящим веткам, круги загадочно поблескивали в солнечном свете, большие золотые стрелки застыли на цифрах один и шесть, а секундная – на пяти.

– Интересная вещица, – пробормотал Торнтон, а Авиро осенил себя каким-то знаком.

Стоило нам ступить на белый каменный узор, как круги пришли в движение. И в тот же миг соборные двери сами собой распахнулись, словно приглашая внутрь, и снова послышался знакомый голос.

– Войди под своды храма, дочь алайетов, – сказал он, и откуда-то сверху раздался тихий мелодичный звон. – А вы, чужеземцы, ждите здесь.

– Я пойду со своей женой, – взяв меня за руку, твердо произнес Джеймс.

Несколько минут было тихо.