— Это утренняя столовая, ну, вы и сами знаете, она посредине, чтобы недалеко идти, через эту дверь слуги еду приносят, там комната такая, со всякими тарелками, и когда утро, там служанка сидит после того, как стол накроет, вдруг кто позовёт, но мы обычно сами справляемся, тут яйца. Здесь Раэгон с Истлой, тут никого пока, это для их малыша с няней, тут комнаты Леикона, ты тут теперь тоже живёшь, да? — это он Неаре. — А те три пустые."
"Я себя почувствовала так, словно у меня в голове кто-то ложкой перемешал все имена.
Всё, что я запомнила, — комнату Неары и самого Фаилана, потому что она была рядом с нашей, которая, в отличие от остальных, была не в длинной стене, а в короткой, в самом конце коридора. И ещё комнату с яйцами, потому что её «владельцы» не имели имени — запомнить было легко. Да и на самой двери был узор в виде большого яйца, окружённого маленькими, а верхняя часть двери была застеклённой. Не перепутаешь.
— Ох, Фаилан! — покачала головой Элида.
Мы так и стояли возле столовой, а мальчик уже выбежал из коридора… куда-то.
Не помню, что там, за той дверью, что отделяет семейное крыло, вчера вообще плохо запомнила, как мы шли, не о том думала.
— Он всегда такой… быстрый? — поинтересовалась я у Элиды.
— Почти всегда. Мальчишка! — девочка пожала плечами, словно это всё объясняло.
Вот только не мне. Братишка Богдан с раннего детства был степенный, основательный, эдакий мужичок, только маленького роста. А вот я, по рассказам родителей, была та ещё егоза, на месте усидеть не могла, тоже всё бегала.
Сестрица Любава гораздо спокойнее была. А про меня батюшка, качая головой, говорил — «шило в попе». С возрастом-то поспокойнее стала, а уж как в заложницах оказалась, первое время вообще лишний шаг сделать боялась, лишнее слово сказать. Потом-то поняла, что бояться нечего, да привычка уже осталась.
Поэтому для меня слово «мальчишка» — вовсе не то же самое, что «непоседа». Всякое бывает.
— А где уборная? — спросила у Элиды. Привыкла, что в девичьем крыле есть общая, да и вчера нас тоже в общую водили, а здесь нам что-то её не показали.
— Так у каждого — своя, — пожала плечами девочка и похлопала по ближайшей к столовой двери, не помню чьей. — Там гостиная, спальня и уборная. Это в других крыльях есть общие, а здесь как бы и не надо.
Точно. У красных, в крыле для семейных пар, тоже не было общей уборной, у каждого своя. Но я там редко бывала, вот и забыла.
— А можно на яйца посмотреть? — спросила Неара.
