Заложница

Я так понимаю, не все так гладко с согласием Валерии? Вы на нее все-таки надавили, верно?

– Ни в коем случае! Просто, когда я объявил подчиненным, что требуется временный заместитель, Валерия, в отличие от других сотрудниц, новость восприняла прохладно. Потом мы вынужденно прервали разговор – мне было необходимо ответить на важный телефонный звонок, – а когда вернулись к обсуждению темы, было очевидно, что Валерия поменяла решение и так же, как и остальные, уже охотно выдвинула свою кандидатуру на временное руководство отделом.

Так что никакого принуждения с моей стороны не было.

– Интересно, что же произошло в этот промежуток времени? – я озвучил скорее собственные мысли, но начальник ответил:

– Не знаю, – причем ответил слишком быстро и чересчур нервно, что говорило о том, что он, возможно, мне лжет.

– Сергей Сергеевич, по-моему, вы все прекрасно знаете, просто по какой-то причине говорить не хотите, – пока что без претензии, но довольно строго сказал я.

– Виктор Романович, я невольно подслушал разговор своих сотрудниц, которые никак не ожидали, что их кто-то слышит.

Поэтому я бы предпочел не придавать гласности то, что услышал. Беседа у девушек вышла на личную тему и с трудовыми обязанностями никак не связана.

Нет, ну где взять столько нервов! Меня сейчас от любопытства просто разорвет, а этот моралист молчит как партизан.

– А мы и не будем придавать гласности секреты сотрудниц, об их разговоре, кроме вас и меня, никто не узнает, – заверил я Сергея Сергеевича.

– И все-таки я бы предпочел промолчать, – занудно гнет начальник отдела свое, как будто не работал со мной несколько лет и не знает, что я получу от него информацию любым способом, даже если мне для этого понадобятся стул, веревка, кляп в рот и плоскогубцы.

– Разговор сотрудниц, секретность которого вы так оберегаете, состоялся перед рабочим днем? – взорвался я.

– Нет.

– После рабочего дня?

– Нет.

– Может, в обеденный перерыв?

– Н-нет.

– Тогда какого хрена мы в ромашку играем – «скажу-не-скажу»? Все, что происходит в стенах фирмы в рабочее время, априори не может быть для меня, как для директора, секретным!"

"– Виктор Романович, я все понял, – спохватился начальник отдела после того, как я повысил голос.

Знает, гад, что, если перехожу на крик, значит, жареным пахнет. – Когда я отлучился ответить на телефонный звонок, звук со своей стороны выключил, а со стороны сотрудниц – забыл. Девушки, думая, что я их не слышу, начали ругаться, кому из них быть замом.