Замки роз: нерассказанные истории (СИ)

Сесиль унаследовала высокий рост, тонкую кость и сухое телосложение матушки, которая когда-то считалась первой красавицей Тембриллии, я же…

Я вздохнула, подобрала повыше складки просторного светло-голубого платья, которое нравилось мне тем, что скрывало всё, чего я так стеснялась, и ускорила шаг. Чуть-чуть осталось…

- Разве не грех отправлять такую, как я, в Обитель?! Ты сам сказал, что первый жених посватался ко мне еще в прошлом году! Из какой-то захудалой Лимерии, и всё-таки! Давай дождёмся по-настоящему достойную партию? Отец, не отдавай меня в послушницы! Я хочу замуж! Вот увидишь, я не посрамлю твоё имя, весь Материк будет мною восхищаться и желать породниться с Тембриллией!

- К тому моменту старая карга может уже подохнуть! Нам нужен представитель Дома в Обители уже сейчас!

- Так значит, отправь вместо меня Николь! Её отсутствия в замке всё равно никто не заметит.

Я остановилась как вкопанная, не дойдя пары шагов до пугавших меня дверей.

Ещё сильнее напугало воцарившееся за ними молчание.

Как будто отец и правда задумался над словами сестры.

Обитель Небесной Девы… я мало что знала об этом месте, которым пугали девочек с самого детства. «Вот станешь плохо себя вести – отправят в Обитель». «Не сплетёшь себе красивых кружев на приданое – придётся в Обитель отправляться, кому ещё ты такая неумеха будешь нужна». «Не вздумай дерзить, вот не возьмёт никто замуж – тогда и узнаешь, почём фунт лиха в Обители»… всё это я слышала не раз, когда заботливые матушки и нянюшки наставляли и отчитывали нерадивых дочерей.

Моя мать меня Обителью, правда, никогда не пугала. Ей, кажется, было вообще всё равно, как я расту и как веду себя. Хотя я изо всех сил старалась быть прилежной, послушной и никогда никого не расстраивать. Я хотела, чтобы она меня хвалила… или хотя бы заметила моё существование… но сколько я помню, в её больших голубых глазах всегда было отстранённое, и какое-то скорбное выражение. Даже когда она вынашивала очередного ребёнка. Кроме меня и сестры все умерли во младенчестве.

- Николь? Она, пожалуй, простовата для такой важной миссии. Твоя сестра, увы, пошла в вашу глупую гусыню-матушку. Сомневаюсь, что из неё когда-нибудь выйдет толк.

У меня всё сжалось внутри. Подступили непрошенные слёзы. По-хорошему, стоило бы вернуться, но ноги приросли к полу. Равнодушный тон отца, как будто он говорил о статях кобылы или очередной легавой псины, резал по живому.

- Нет, ты подумай получше! - не унималась сестра.