Замки роз: нерассказанные истории (СИ)

Для меня это было самым удивительным открытием – осознавать, что он не обманывает меня, ему и правда хорошо со мной. Он и правда отослал от себя всех этих шикарных женщин, своих бывших фавориток, и обменял их искусность на робкие, неумелые ласки в темноте одной-единственной растерянной скромницы.

А потом как-то раз ему впервые понадобилось уехать надолго. Какой-то ужасно необходимый королевский вояж по дальним рубежам страны с осмотром военных фортов.

И его не было целых две недели.

За которые я чуть не умерла без него, и готова была грызть зубами шелковые простыни своей одинокой постели.

О том, что Его величество вернулся, я узнала заранее – по той суете, которая воцарилась во дворце.

Чувствуя, как дыхание перехватывает от волнения, я направилась туда, куда, я знала, он пойдёт в первую очередь по возвращении. Конечно же, в свой рабочий кабинет. Там уже ждала его небольшая толпа из министров и секретарей с папками и срочными документами на подпись.

Я вошла в кабинет, поздоровалась, изо всех сил стараясь поддерживать официальный королевский вид, который у меня не очень-то пока получался.

Он показался на пороге – разгорячённый, уставший… с голодным блеском в глазах, которые безошибочно остановились на мне.

- Господа. Прошу вас всех немедленно выйти. И не входить сюда под страхом смертной казни. У меня к королеве дело, не терпящее отлагательств.

Мне кажется, он набросился на меня ещё до того, как за последним озадаченным визитёром захлопнулась дверь.

Сумасшедшие поцелуи, от которых совсем теряю голову…

Я скучала. Как же отчаянно я по тебе скучала, любимый!

Наверное, так же, как и ты.

Муж рывком усадил меня на стол. Упали и разлетелись по полу кабинета стопки бумаг. Задрал мне подол и сжал обнажённое колено.

Я вцепилась ему в плечи, чтобы не свалиться. Простонала, умирая от желания и невыносимого смущения:

– Хьюго… что ты делаешь…

- Не бойся, я не стану тебя раздевать, мой стыдливый цветочек… но я не дотерплю до ночи, прости…

Он взял меня при свете дня прямо на своём рабочем столе.

А я даже попытки больше не предпринимала протестовать. Лишь прижималась теснее и закусывала губу, давя звуки, который таким бесстыдным эхом отражались от позолоченных стен дворца и высоких сводчатых потолков.

Наверное, за время отъезда у меня что-то перевернулось внутри.