Замок княгини

Кантана вскочила было, и опять поспешно упала на скамью — она лежала голая и прикрытая простынёй, а рядом на скамеечке сидел маг Вейр. В таком положени вставать было слишком нескромно.

— Почему ты здесь? Уходи, — воскликнула она.

Мантина сидела неподалеку, тоже на скамеечке, и не шевелилась.

— Тихо-тихо, — Вейр проследил за её взглядом, — она нас не слышит. Можем поговорить, наконец. Прости, но я не могу дожидаться до бесконечности.

— Уходи… — она обожгла его гневным взглядом.

— Успокойся, — он усмехнулся, — ты хотела меня видеть, я знаю.

Давай сосредоточимся на важном, наконец. Впрочем, оденься, если хочешь.

Он принёс и положил на скамью одежду Кантаны, сам отошёл, демонстративно отвернулся к стене. Вот теперь она вскочила, поспешно натянула на себя сначала сорочку, потом остальное. Когда она повязала платок, он обернулся, улыбнулся ей.

Как будто имел, по меньшей мере, глаза на затылке, и точно знал, когда она закончила одеваться.

— Не смущайся, — добавил он. — Я заметил лишь, какая ты красивая, как хорошо сложена.

В твоих чертах нет того совершенства, что есть у Кайры, но ты очень хороша, поверь мне.

— Оставь, — вспыхнула, показала на Мантину, — как ты это сделал? Ведь она соддийка, не должна поддаваться магии.

— Той магии, которой так замечательно владел твой отец. Но у меня есть свои приёмы. Так ты решила? Дашь мне слово доверять и слушаться, и хранить мои секреты, без запирающих заклятий, и я помогу тебе стать собой. Да?

— Да, — сказала она уверенно.

Она ведь уже решила, в сущности.

Он имеет некоторую власть над соддийцами, над Мантиной — что ж, хорошо, что она это узнала.

— Скажи только: «Я обещаю тебе, Вейр».

— Я обещаю тебе, Вейр, — повторила она, и запоздало подумала, что за требованием повторить тоже может скрываться скрытое заклятье…

— Доверяешь и будешь слушаться — во всем? — он лукаво приподнял бровь.

— Нет, — отрезала она, — кое в чём я не стану тебя слушаться. Но, надеюсь, до этого не дойдёт.

— Хорошо, — он пожал плечами, — ты дала слово.

Пойдем, выпьешь горячего, и поговорим.

А она перевела дух. Если можно возражать, значит, нет скрытого заклятья. Вроде бы так.

— Пойдём, — она покосилась на Мантину, всё так же неподвижную, и позволила Вейру взять себя за локоть и отвести в дальний угол комнаты.

Там он посадил её стул, налил в чашку травника из кувшина, подержал — из чашки пошёл парок, и поставил перед ней.

— Пей. Тебя это успокоит.

Мантина умела так подогревать воду.