Замок княгини

Да, картина, и что?

И опять нахлынуло это противное чувство, что вот, что-то близко, на поверхности, а он не видит и не понимает…

Глава 27. Кантана, и ожерелье Княжны Круга

Кантана прижимала к себе Юту, гладила, это успокаивало. Сама она была в смятении от странного соприкосновения с чужими чувствами. И ей казалось, что Младший Дьян всё понял. Он так смотрел, словно понял. Их чувства на какое-то короткое время стали общими. Не едиными, но доступными друг другу. Мама и бабушка сами готовили лекарские снадобья, и когда масла смешивались в одной склянке, приходилось долго трясти, чтобы получалась единая эмульсия.

Так и тут, их чувства смешались в одной склянке и стали доступны друг другу, хоть и остались собственными и понятными лишь их владельцу. Чтобы получить однородную смесь, склянку следовало трясти дольше.

И всё равно, это было странно. Кантане казалось даже, что случайное единение с племянником мужа получилось более сильным, чем с Мантиной, например. Или ей просто показалось? Слышать чужие чувства, меняться чувствами — разве это возможно? Наверное, только магам при использовании заклятий, или имея нужные амулеты.

Вспомнилась ниберийка Шала. Они ведь видят суть, кажется? Смотрят на человека и видят скрытое. Значит, самое время кое-о-чём её поспрашивать, и заплатить, не жалея серебра. Как назло, ниберийка куда-то пропала.

Завтра предстоит кое-что важное — сказал Вейр.

Завтра. А пока следовало прожить сегодняшний день.

Она должна будет выйти к высоким гостям.

И не ударить в грязь лицом.

Мантина помогла ей переодеться и причесаться, а драгоценностями она занялась сама. Долго перебирала содержимое шкатулки, поглядывая на себя в зеркало. Мантина не мешала, лишь раз спросила:

— Не желаешь надеть алмазы, подаренные князем?

— Нет, я для них ещё не хороша, — пошутила она, — в другой раз.

— Ах, княгиня, редкая женщина откажется носить такую красоту ежедневно, — усмехнулась соддийка, — пробуй, и привыкнешь. В конце концов, они твои, а не наоборот!

Кантана покачала головой и вынула фамильные изумруды.

Вот они казались хоть и не такими заметными и яркими, но уместными, дарили уверенность. Кажется, они хранили тепло множества родных ей женщин, носивших когда-то эти камни. Были ей к лицу. Она сама приколола диадему, надела одно кольцо и браслет. И вполне достаточно.

Колье? Не в этот раз. Колье тоже было небольшим, зато с необычайно красивым, крупным и искусно огранённым изумрудом в центре.