Замок княгини

 — У Сапфиров уже тогда не было связи с их камнями, запределье им было недоступно, кроме личных тайников для каждого… Зато они были сильнее всех, этого не отнять…

— Маленькая, успокойся, — Мантина стремительно подошла, обняла Кантану и погладила по волосам, — мне так жаль. Но давай не будем спешить? Мы не знаем, что будет. Это всё пройдёт, понимаешь?

— Понимаю. Я ведь потому всё это и рассказала тебе. Мне двести восемьдесят лет. Я знаю, что любовь приходит не раз, и любая потеря — не конец. И Леман знает. То есть, Дьян.

Сегодня мне очень хотелось его любить, а потом, когда-нибудь, это станет воспоминанием, нашим. И всё.

— С тобой с ума сойдёшь, — сказала Мантина. — Вот что, давай я поделюсь с тобой силой, а потом мы поспим.

— Только если совсем немного, — согласилась Кантана. — Утром сама доберу, на солнышке.

Соддийка давала силу медленно, осторожно, и обессиленную Кантану сразу начало клонить в сон. Захотелось потянуться и мяукнуть, потом свернуться пушистым клубочком на мягкой подушке…

Нет, не так.

Никаких подушек. Каменный пол… значит, нижний зал замка. Рядом — башмачок из тиснёной кожи, подол шелковой юбки. Всё ясно, она под столом, прячется в складках длинной полотняной скатерти.

Глава 43. Тем временем Ардай…

Узнав про исчезновение Кантаны, Ардай сначала растерялся. Как, впрочем, и Мантина, но та ещё и рассердилась.

— Вот что, пусть теперь Дьян сам возится с этой ненормальной! — заявила она. — Везёт же нашему князю, раздобыл себе единственную на всю Итсвану девицу, которая оказалась древней драконицей.

Вот и пусть она летит куда желает, крылатые в пастухах не нуждаются.

Ардай же, который сам обрел крылья совсем недавно, такой безоговорочной верой в крылатых сородичей пока не обзавелся. Впрочем, и Мантине он не поверил, ясно же, что это она сгоряча…

— Нет, так не пойдёт, — заявил он, — вы, девчонки, в растрёпанных чувствах такого можете натворить!

Насчёт разумности девчонок Ардай давно пришёл ко всем выводам и не обольщался.

— Но-но, ты там не очень… Нашёл девчонку! — хмыкнула Мантина, приняв это отчего-то на свой счёт.

Развеселившись, она стала злиться меньше.

— Я к Деду пойду, — сказал Ардай. — Он должен знать.

В том, что касалось женитьбы на Кантане, у Дьяна с Дедом было явное несогласие, и это все понимали. Но дела повернулись столь неожиданно, что скрывать их от Старшего Дьяна уже было нельзя. Он старик, он опытный, он много знает. Он тоже князь, пусть и не надевает больше корону Дьянов.