Замок княгини

Отправляясь сюда, я послал гонцов другим князьям Содды, так что скоро мы сможем собраться всё вместе и поговорить. Ты сделаешь нам одолжение, если присоединишься.

Лисичка тявкнула и заскребла лапой пол.

— Выдержу ли я дорогу до ваших гор на драконе? — затрясла головой княгиня Витана.

— Дорогу на драконе легко выдержать. Как давно ты летала сама, матушка? — не удержался-таки Дед от любопытства.

— Так давно, что не помню уж! — отрезала та.

«Это княгиня Витана, Дед. Её в молодости лишили крыльев, поэтому она состарилась, как итсванка», — пояснил Ардай, догадавшись, что Старший Дьян впечатлен внешним видом драконицы.

Крылатая, которая часто оборачивается и летает, станет столь дряхлой, должно быть, лет в четыреста или больше, если доживёт. Ардай, во всяком случае, таких в Содде ещё не встречал. Соддийское долголетие вкупе с молодостью даёт именно крылатая ипостась, если её нет, то и жизнь получается человеческой, с обычной старостью.

На лице Деда отразилось замешательство и гнев — соддийцы крайне болезненно относились к потере крыльев, а уж лишаться их специально было чем-то запредельным.

«Лишили?.. Специально, хочешь сказать? И кто же осмелился?..»

Неизвестно, о чем проговорили столько времени Дед с Хранителем, но явно не о женщинах безмолвного клана.

Ардай объяснил, что знал:

«Они княгиням дают открыться, ненадолго, а потом отнимают крылья. Отрубают палец. А другие женщины вообще не открываются. Как я понимаю, это потому, что они все мало летают, Дед. У их женщин нет возможности учиться летать.

Старший Дьян нашел взглядом четырехпалую руку старой княгини, потом задумчиво взглянул на Хранителя.

— Наши женщины понимают свой долг и несут его с радостью, — сказал Хранитель, и старуха тоже насупилась и закивала.

Ну конечно, они, как и Кантана, «слышали» без слов.

— Не сомневаюсь и понимаю вашу гордость за них, — дипломатично отозвался Дед.

Кто знает, удалось ли ему скрыть острое сочувствие — драконица Витана была моложе его дочери, матери Лемана.

«Вот поглядел бы я, как тётушка покажет им радость. Кантана, я имею в виду. Дед, вот увидишь», — не без яда заметил по-соддийски Ардай.

И тем самым, должно быть, напомнил безмолвным о Кантане, потому что Хранитель сказал мягко:

— Ах, да, брат мой, конечно, вы должны вернуть нам хозяйку Шайтакана. Теперь мы вполне понимаем друг друга, я надеюсь. Она нужна своему клану, и совсем не нужна князю Дьяну.