Замуж по договору

Снаряд дважды в одну воронку не попадает.

Лесс сама то и дело поглядывала на часы, понимая мое волнение.

Однако на этом неприятности не закончились. На дороге, по которой нас повез кучер, начался ремонт. Ее перегородили, предлагая объехать. А это еще лишние полчаса.

Я уже начала подозревать, что весь мир ополчился против меня, всячески мешая выйти замуж за демона.

«Прочь суеверия! Мелкие неприятности не заставят меня отступить!»

— Нет, времени! — проговорила я, выскакивая на улицу.

— Ты куда? Ник, с ума сошла? — закричала Лесс, высовываясь из кареты.

— Пешком быстрее, — подхватив подол платья, отмахнулась я. — Ты со мной?

Подруга схватила букет, что прибыл вместе с каретой, дала распоряжения кучеру и поспешила за мной, продолжая на ходу ворчать и рассуждать о моем ненормальном состоянии. Так мы и бежали, скользя по мокрому снегу.

«Успею! Я должна успеть!» — словно мантру твердила я.

Мы неслись по узким заснеженным улочкам, которые в этой части столицы мало кто чистил и убирал. Вдоль шумных торговых рядов, с трудом маневрируя между горластыми зазывалами и степенными покупателями, которые медленно прогуливались с тяжелыми плетеными корзинами.

— Говорила тебе, не успеем, — задыхаясь от быстрого бега, бормотала Алесса, с трудом поспевая за мной. Она как бы намекала, что не стоило идти пешком, следовало объехать на карете.

До старинной часовни, расположенной на окраине города, оставалось еще немного.

Завернув в проулок, я заскользила по мокрому снегу. Но стоило восстановить равновесие, щелкнула пальцами, призывая силу.

— Ты точно ненормальная, Ник, — выдохнула подруга, поравнявшись со мной.

— А ты думаешь, нормальная ввязалась бы в подобное? — усмехнулась я, замерев на мгновение, чтобы отдышаться.

Там, впереди, в центре небольшой площади имени короля Ирноата III, меж невысоких двухэтажных домов уже виднелись очертания часовни с округлой крышей и высоким шпилем, на кончике которого блестело изображение солнца.

— Давай, Лесс, нам осталось немного, — криво улыбнулась я, выпрямляясь.

Подруга лишь тяжело вздохнула и сильнее сжала букетик крохотных белых звездоцветов, который держала в руке.

Последний рывок оказался самым трудным.

То ли силы кончились, то ли сомнения вновь дали о себе знать, но ноги слушались плохо, так и норовя запутаться в подоле платья, край которого был некрасиво заляпан грязью, а дыхание с шумом вырывалось из легких.