Замуж по подписке

Волосатый красно-розовый бутон местами облысел, а местами выглядел так, словно его не единожды уже заваривали в каком-то чае.

– Адриан, Марго, – королева улыбнулась, – я прошу извинить меня, но детям необходимо мое присутствие. В качестве извинений и в знак моей признательности за то, что почтили визитом дворец, прошу принять побег мотыльковой трахинии благородной.

Марго едва слышно фыркнула, а я не сдержался:

Королева рассмеялась.

– О нет, он такой же прекрасный, как твоя супруга, Адриан. Я выращиваю их в особой теплице, на собственной магии.

И он очень полезен.

«В отличие от твоей супруги», – отчетливо повисло в воздухе.

Королева торжественно вручила плешивый цветок Марго, и та взяла его двумя пальчиками, словно боялась испачкаться. Клянусь, я мог поставить зуб, что под маской она брезгливо скривилась. Оказавшись в руках супруги, цветок разочарованно сник и обмяк. Мы дружно на него уставились, ощущая легкую экзистенциальную грусть.

– О, его нужно погладить и согреть, – от души посоветовала Летиция.

А я подумал, что слишком давно не заводил необременительных романов, потому что необходимость гладить завядший побег трахинии вызвала у меня легкую зависть.

– Дворецкий вас проводит.

– Всего доброго, ваше величество, – склонившись, я поцеловал ее руку. – Спасибо за теплый прием.

– До свидания, – послушно отозвалась Марго, сделала книксен – и мы неспешно двинулись следом за дворецким к воротам.

Провожать нас было совсем необязательно, но, кажется, ее величество хотела убедиться, что мы уйдем.

Воистину, творческого человека может обидеть каждый, не каждый сможет потом убежать.

И чем же я прогневал богов, что еще и жена занялась сочинительством? Теперь, как ни прискорбно признавать, придется читать и ее опусы. А в идеале хранить анонимность, чтобы никакой псих не протянул к ней руки. Из издательского дома еженедельно привозили почту для Агнес Фейл, и чего там только не было: восторги, критика, оскорбления, угрозы. Некоторые вполне безобидные, а иные – очень серьезные.

Король просил относиться внимательно ко всему, что может навредить Летиции, и я отрабатывал каждое слово в каждом из писем. Это было не так-то просто, учитывая необходимость хранить инкогнито.

Что ж, теперь буду прогуливаться мимо столбов и читать, что там женушка сегодня выдала. Это же надо было догадаться!

– Как тебе вообще пришло в голову вешать тексты на столбы? – спросил я, когда мы оказались за воротами дворца.