Замуж по подписке

Вообще ситуация и в нашем мире привычная, но там мне хотя бы что-то доставалось. А тут доход просто прошел мимо кассы. В итоге я начала злиться сильнее и попусту тратила все свои ресурсы, а могла бы придумать не одну хорошую сцену в книжку. Правда, сил записать все равно не хватило бы, да и бесила необходимость переделывать кусок, что стырил торговец. Воистину пиратство вышло на новый уровень: дома у меня хотя бы текст оставался!

– Герцогиня? – испуганно посмотрела на меня модистка.

Должно быть, я сделала уж очень зверское лицо.

Когда готовое платье перевесили на стоящий в углу комнаты манекен, за окном давно уже была ночь, я валилась с ног от усталости, а завтра ждал прием. Не хотелось пугать мужа и радовать местную знать синяками под глазами, а значит, читатели еще день останутся без проды. Это угнетало. Конечно, торговец редкостный мерзавец, но читатели-то ни в чем не виноваты! Они верят в меня и должны получить текст.

Эти мысли не дали мне лечь в кровать, но уснуть все же не помешали. Я честно села за рукопись, подвесила в воздухе свое страшненькое самописное перо, которое невероятно вдохновляло и радовало, а потом вырубилась. Проснулась под утро, не отдохнувшая, с затекшей шеей и, что самое ужасное, с отпечатавшимися на сонной физиономии буквами.

– Вот бли-и-ин, – протянула я, глядя в зеркало.

В тексте Андрюша и Настенька как раз бурно выясняли отношения, застряв в непогоду в крохотном дешевом отельчике где-то в тайге. Туалет в виде ямки в ста метрах от жилого корпуса не радовал властного шефа, а героиня ужасно вымокла и замерзла. По задумке экстремальная ночевка должна была кончиться бурным сексом на муравейнике (ну, или хотя бы под живописной елочкой – муравейник забраковала Марта, ставшая почетным бета-ридером), но вот незадача: сначала герои должны были как следует поругаться.

И теперь у меня на лбу красовалось чернильное четкое «СТЕРВА». И никак не желало стираться.

Я терла лоб каким-то косметическим лосьоном, мыла три раза со щеткой, снова терла и опять мыла, но все без толку. В итоге кожа покраснела, горела, но надпись «стерва» никуда не делась. Вообще, это было весьма символично, но, что греха таить, обидно. И я представления не имела, как идти на прием!

От обиды на глаза навернулись слезы.