Онлайн-библиотека книг
— Что-то нужно?
— На, — говорю, — жуй, пока есть возможность.
— Ой, да ладно, я бы перебился, пока…
— А ну быстро.
Перебиться-то он, может, и перебился бы, но уминает всю палку в три укуса. В чем-то все-таки мама была права…
Остальные трое поглядывают на капитана с завистью, обещаюсь принести еще еды на всех. Тут у них снова начинается опасный участок, и я уползаю, придерживаясь за стенку.
Копченость идет на ура, к тому же теперь меня еще отдельно ценят как сотрудника, не занятого в управлении кораблем и в его обороне непосредственно и оттого свободно бегающего по звездолету.
* * *Фотографии муданжских пейзажей в иллюминаторах начинают меняться на вечерние, когда Азамат наконец-то выпадает с мостика.
— Все, — говорит он счастливо, потирая уставшую шею. — Мы выбрались. Эти сволочи думали, что мы там разобьемся, преследовать даже не пытались."
"— Вот идиоты, — отвечаю радостно. Оказывается, все это время я очень-очень боялась, но понимаю это теперь только по чувству облегчения.
Он хохочет, я заставляю его наклониться, и мы долго и душевно целуемся посреди холла. Он пахнет молоком и мясом, и ему абсолютно все равно, что на нас смотрит полкоманды. Сегодня можно, заслужил. Моя одежда пропитывается его потом, и я прижимаюсь плотнее, потому что хочу перенять его запах заодно с силой и удачей. Мой отважный рыцарь, муж мой.
Все-таки приходится разлепиться, жизнь-то не стоит на месте. Мы тащимся мыться, усталые и счастливые, с чувством, что все дела в кои-то веки доведены до конца и ничто не висит над душой.
Наконец мы вытаскиваем свои промокшие насквозь тела на берег, кутаем их в теплые халаты и перекантовываем в спальню, где позволяем им рухнуть в произвольных положениях на сдвоенную кровать.
— Где мы теперь? — спрашиваю в полусне.
— В кровати, думаю, — бормочет Азамат не более осмысленно.
— Не-эт! — хохочу. — В какой галактике?
— А-а, так в Водовороте. Этот туннель выводит почти к самому Мудангу, завтра вечером уже причалим.
— Ого! — просыпаюсь я.
