К ней тянется моя душа, но я боялась, что если рот открою – разрыдаюсь. Поэтому от нее я тоже закрыта. Даже в глаза старалась не смотреть. А она так меня жалела, что и самой становилось жалко.
Неужели я не сошла тогда с ума и не должна радоваться перспективе замужества с нелюбимым? Лейла могла бы меня в этом подбодрить, поддержать, стать плечом, но для этого поздно.
Надеюсь, я поняла Аллаха правильно. Пришло время для смирения.
Папа так и не снизошел до разговора по душам. Это снова больно, но чуть-чуть.
Митя не оббивал пороги, не пытался извиниться.
Подозреваю, без моих проблем ему наконец-то стало легче. Но я не рада за него. Вспоминаю – в груди печет. Сложно забыть увиденную картину. Сложно собрать себя воедино после такой силы удара. Если я ему изначально не подходила, не устраивала, если ему так важно было сразу брать от жизни всё, то зачем же так жестоко? Почему со мной?
Я никогда не получу ответы на эти вопросы. Никогда их уже не задам.
А сегодня стану женой Айдара Салманова.
Церемония пройдет в мечети.
Дальше – небольшое гуляние в ресторане. Недолго и только для самых близких. Меня об этом особенно никто не спрашивал, но так решил господин прокурор.
Я плохо спала ночью, но пришедшая красить и укладывать меня девочка бесконечно хвалит, что кожа молодая, свежая, пышет здоровьем. Она воодушевлена, восторгается моим висящим на шкафу платьем, пытается побольше узнать. А как познакомились? А как предложение сделал будущий муж? Как долго вместе…
Я не знаю, что отвечать. Теряюсь. Правду не скажу.
Врать… Ради чего?
Время от времени в комнату заглядывает мама, всплескивает руками и качает головой. Я слышу часто повторяющееся «машалла, кызым». Результат ей явно нравится. А мне даже в зеркало на себя смотреть не хочется.
С платьем, обувью и головным убором мне помогают.
Когда я готова, в спальне, в уголке, немного отступив, тихонько плачет мама. Мне кажется, причины для слез у нас разные. Я внутри тоже навзрыд. Но не потому, что это самый важный в моей жизни день. А потому, что, кажется, последний.
Лейла – единственный человек, которому я благодарна за то, что рядом, – обнимает меня и шепчет на ухо много-много обнадеживающих слов. Я бы хотела все их запомнить и повторять себе же. Когда? Например, уже этой ночью…
Думаю о ней и крупно дрожу. Лейла отрывается, смотрит в глаза, шепчет:
– Я тебя очень люблю, Ручеек. Ты всегда можешь ко мне прийти, хорошо?
Киваю, опускаю взгляд.
Мама дает мне букет элегантных калл. В спальню стучится отец.
