Замуж за босса

Очень нужно, чтобы они поверили, иначе мне крышка. — Мне плохооо! Помогите! Живот. Это ребенок. Аааа! Мамочки! Я его потеряю!

— Пиши признание, и тебя отведут к врачу! — злобно рычит начальник.

Ох, урод бесчувственный!

Беру ручку и пытаюсь делать вид, что хочу написать, но роняю ее и обхватываю себя руками ниже талии.

— Не могу! Больно! Помогите, как же больно! Мне нужен врач. Пожалуйста.

Сгибаюсь. В глазах настоящие слезы. Потому что понимаю — если разоблачат, меня впереди ждет именно такой исход.

— Сделай что-нибудь, — рявкает эта сволочь, но теперь на адвоката, не на меня. Я лишь тихо вою в коленки.

— Один выход. — Адвокат достает из папки бумагу и сует мне. — Подписывайте. Здесь признание. На суде придется подтвердить.

Разгибаюсь и смотрю на исписанный лист готового чистосердечного. Да они приготовились! Козлы.

Продолжая свою роль и охая, вывожу закорючку похожую на свою, но немного деформированную. И опять кричу, отвлекая внимание.

— Пожалуйста, я все сделаю, только помогите.

И в этот момент раздаётся грохот, в кабинет врываются полицейские.

— Всем оставаться на своих местах. Отдел собственной безопасности. Что тут происходит?

По тому, как бледнеют мои мучители, понимаю, что это в их планы точно не входило. Если мне не изменяет память, собственная безопасность занимается преступлениями среди полицейских. Опачки. Попались братцы-кролики!

— Берем показания с задержанной, товарищ полковник, — вытянувшись по струночки отчитывается начальник.

— Надо же, что это за задержанная такая важная, что ее допрашивает лично начальник ИВС? — ехидно интересуется вновьприбывший.

— Наркосбытчица, товарищ полковник. Пытаемся взять более крупную рыбу, — вмешивается адвокат.

Тут и я решаюсь не молчать.

— Я не сбытчица! Вы вынуждали меня написать чистосердечное!

Останавливаю себя. Другие подробности можно и потом рассказать. Сейчас главное привлечь к себе внимание этого полковника.

Тот впивается в меня внимательным взглядом. Подходит к столу и берет все еще не убранное признание. Читает.

— Это ваше? — вопрос ко мне.

— Конечно ее! — на истеричный вопль адвокатишки не обращают внимания.

— Нет! Мне подсунули эту бумагу для подписи. Якобы мое признание, но это даже не мой почерк. И подпись не моя. Можете проверить!

Боюсь поверить, что мне может повезти! Сердце громыхает в висках.