Я не смогла бы так, но Юсупов привык вертеться в суровом криминальном мире. Если не он, то его.
Давид открывает заднюю дверцу и забирается ко мне в салон. Достает из кармана пиджака пачку сигарет, подкуривает, глубоко затягивается, выпуская сизый дым в приоткрытое окно автомобиля.
- Испугалась? – щурится, когда смотрит в мою сторону.
- Нет, всё нормально, - мотаю головой. – Правда.
В салоне царит полумрак, но я точно вижу, что муж слегка улыбается.
Выбросив окурок на улицу, притягивает меня к себе. Рядом с ним спокойно и ничего не страшно в этом мире.
Утыкаюсь лицом в его грудь, касаюсь кончиками пальцев твёрдого живота сквозь ткань рубашки. Мне нравится трогать, вбирать в себя тепло горячей кожи, пробовать настоящий ли он, когда обнимает и гладит.
- Думал, что струсишь, - неожиданно раздается над ухом. – Смелая ты девочка, Катя."
"Улыбаюсь краешками губ, вдыхаю терпкий запах парфюма, трусь словно ненормальная щекой о щетину на его лице.
- Люблю тебя… Люблю, - произношу негромко.
Я не жду от него ответ на своё признание, просто считаю необходимостью сказать это прямо сейчас в эту же минуту, чтобы не думал, что его жизнь меня оттолкнет или испугает. Я люблю его любого, люблю каждую клеточку его тела, каждую сторону души, даже самую опасную и темную…
Он, конечно же, ничего не отвечает. Тяжело вздыхает, касается губами моей макушки и напрягается. Чувствую, что он хочет что-то сказать мне, да только я не хочу ничего слышать. Мне хорошо так, как сейчас.
Молча, без слов. Ощущая его, наслаждаясь нежностью и близостью.
Моя рука скользит с живота немного ниже, к ширинке. Намеренно дольше задерживается, чувствуя под рукой внушительную выпуклость. Давид возбужден, он хочет меня, а мне хочется ощутить его запах у себя во рту и на языке. Хочется сделать ему приятно, дать разрядку после того, что мы пережили. Себя предложить не могу, слишком мало времени прошло после аборта…
С ловкостью расстегиваю пряжку ремня. Давид перехватывает меня за кисти рук, смотрит удивленно и напрягается ещё больше.
- Не надо, Кать, - произносит твёрдо. - Тебе ни к чему это сейчас.
- Но я хочу…
Облизываю губы, выбираюсь из прочных оков его рук и вновь тянусь к ширинке. Опустив чёрные боксёры вниз, беру в руку эрегированный член. Он уже поблескивает от естественной смазки на головке, наливаясь тяжестью всё больше и больше, пока я вожу по нему рукой. Во рту собирается много слюны, я готова принять его в себя.
