- Да, именно так, Катя, - произносит низким тягучим голосом. - Хочу, чтобы ты трахнула меня как сама того захочешь.
После нашего секса на кухне, когда мне было больно, Давид опасается применять ко мне всю свою животную похоть. Боится, что не сможет остановиться... Теперь всё будет по-другому, потому что беременность внесла свои коррективы в нашу с ним жизнь. Но уверена, что мы справимся и однажды будем абсолютно счастливы.
Приподнявшись, убираю с бедер мужа одеяло. Его эрегированный член несдержанно поднимается, словно только и ждал, когда я проснусь.
Давид закидывает руки за голову и внимательно наблюдает за мной. Мне кажется, что я выгляжу смешно и совершенно не привлекательно, когда беру член у основания и, раздвинув половые губы, медленно опускаюсь на него. Но, бросив короткий взгляд на Юсупова, убеждаюсь в обратном. Ему нравится то, что он видит. Глаза становятся тёмными, практически сливаясь со зрачком, ноздри широко раздуваются, а грудная клетка ходит ходуном.
Ощущаю приятные покалывания внизу живота… Прикрываю глаза, медленно скольжу вниз.
Контролировать процесс самостоятельно достаточно необычно и ново, но не менее возбуждающе.
Не спешу опускаться на всю длину. Откинув голову назад, плавно поднимаюсь, шумно выдыхая из легких воздух. Тяжесть внизу живота усиливается, я остро хочу вновь почувствовать его в себе. В этот раз вбираю член глубже, привыкая к немаленькому объему и длине и ощущая, как смазки становится больше и больше… Я хочу его, хочу своего мужа… Хочу как никого и никогда не хотела.
- Ниже, - звучит голос Давида. – Ещё ниже, Катя.
- Я попробую…
Комнату заполняют влажные звуки, температура тела повышается на несколько градусов, особенно когда ладонь мужа опускается на мою грудь, а пальцы задевают затвердевший сосок. Я выгибаю спину и, перебирая пальцами темную дорожку волос на его животе, опускаюсь на всю длину.
- Да… Боже… Да...
Юсупов негромко ругается, не прекращая ласкать соски. Он оттягивает их немного вперед, перекатывает между пальцами, поглаживает, а затем, приподнявшись с кровати, всасывает в теплый рот, задевая языком и выбивая из меня яркую вспышку оргазма.
Я сотрясаюсь в его руках, гортанные стоны звучат ещё громче, а тело становится ватным и совершенно непослушным.
Давид опрокидывает меня на спину, нависает сверху. Я открываю глаза, но изображение перед глазами неточное. Вижу только очертания сильного мужского тела и темные волнистые волосы мужа. Его бархатный голос в этот момент шепчет, что яегодевочка.
