Замуж за незнакомца

– Я наслышана, – усмехаюсь и переплетаю наши пальцы. – Каким он был?

– Олег? Кирилл на него похож внешне, такой же высокий и красивый, а в глазах сталь. Захар мягче, но Кирилл… Олегу нужен был сильный наследник. Мне кажется, Кирилл был бы совсем другим, если бы не методы воспитания Олега.

Я молчу – мне нечего по этому поводу сказать. Всё, что я видела на спине Кирилла, все шрамы его; все слова, которые слышала от него про отца – всё это во мне ранами осталось, рубцами. Я бы хотела, чтобы у Кирилла было другое детство, чтобы встретились мы при других обстоятельствах, но ничего уже не изменить.

А Маша, тем временем, продолжает:

– Я замуж рано вышла по любви бешеной. Ничего вокруг не видела, только счастье сплошное, безграничное. Наверное, это плохо – любить без памяти, но я иначе не умела.

Маша делает ещё глоток кофе и снова уплывает в свой внутренний мир, перебирает осколки памяти, а я слушаю, боясь пропустить что-то важное.

– Пять лет только друг другом жили, а потом… потом у мужа начались проблемы со здоровьем, денег не хватало, – Маша говорит, повернувшись к пустоте, будто не мне рассказывает, а кому-то невидимому.

 – Знакомая предложила к Олегу Раевскому сходить, мол, он с работой поможет и деньги хорошие заплатит. Я пошла… сначала просто работала в саду, помогала по хозяйству, мне платили хорошо, но мужу становилось хуже, а Олегу… ему нужен был наследник. От здоровой сильной женщины, которая ни на что не будет претендовать. За это он хорошо платил, нам этих денег с головой бы хватило, ещё и сдача осталась бы.

В голове вспышками мелькают обрывки разговора с Кириллом, о его матери, о том, каким способом его отец получил детей. Неужели?..

– Тина, – Маша хватает меня за руку, до боли сжимает, будто пальцы мне сломать хочет. – Никогда об этом не говори Кириллу, слышишь меня? Я… я просто устала всё в себе держать, мне трудно, тем более сейчас, когда мой старший сын может не пережить ночь.

Мой сын… я не имею права так его называть, но всё-таки.

– Я не скажу, не бойтесь! – торопливо обещаю и не вру.

– Я не имею на него права, понимаешь? Я его родила ради денег, чтобы спасти чужого для него человека, своего мужа, родить потом от него других детей. Это была просто сделка, я продала его. Тогда не видела другого выхода, потом пожалела, но что мои сожаления изменят? Олег бил Кирилла, вывернул его наизнанку, а я не защитила.