Замуж за незнакомца

Приятно и страшно одновременно.

Кирилл встаёт и поднимает меня на ноги, не переставая целовать. Доводит до исступления. Я задыхаюсь от ощущений, обнимаю Раевского за плечи, трусь грудью, а платье вдруг тесным становится.

– Пора избавляться от бесполезных шмоток, – шепчет на ухо, не терпит компромиссов.

Кирилл раздевает меня медленно, наслаждается процессом. Бретельки летнего платья скользят по плечам, щекочут кожу. На шее бегают мурашки, а муж перекидывает волосы, открывает доступ к затылку и прикусывает холку, тихо урча.

– Моя самка, только моя.

Его слова шокируют. Будто мы животные. Но есть в этом что-то, что по-настоящему заводит, будит внутри что-то первобытное.

Пальцы скользят по моей коже. Я оборачиваюсь, а Кирилл, скинув рубашку, стоит напротив, расправив широкие плечи.

Я касаюсь узкой полоски шрама на его боку. Помню, как просил не жалеть его, как разозлился, когда поцеловала спину. Больше я такой ошибки не совершу. Прохожусь ногтями вокруг, царапаю кожу, а Кирилл снова целует меня, будто не может выносить моих прикосновений.

Словно больше не может терпеть.

Когда платье спущено вниз, я остаюсь в одном белье, но Кирилл не даёт мне шанса задуматься об этом. Снимает лифчик, разрывая крючки, бросает его на пол и обхватывает грудь ладонью.

– Идеальный размер, – хищно улыбается и, не разрывая зрительного контакта, опускает ниже, чтобы в следующий момент обхватить мою грудь губами.

Зарываюсь руками в его волосы и не чувствую себя голой. Перед Кириллом не чувствую себя слабой и беззащитной, только сильной – сумевшей поставить мужчину на колени.

Я не чувствую ничего, кроме желания, когда его руки двигаются вдоль моего тела, разжигая и туша пожар под кожей.

Кирилл проводит пальцами по рёбрам, опускается передо мной на колени и, порочно глядя в глаза, заставляет рухнуть спиной на кровать. Охаю, а мои ноги уже в его хватке, разведены в стороны до пределов.

На мне всё ещё трусы, но Кирилл умудряется избавить от них в считанные секунды – я даже не понимаю, как остаюсь абсолютно голой.

– Никогда такой красоты не видел, – говорит, посылая разряды тока от влажных губ до самого сердца.

Затем он… мамочки, он лижет меня. Касается языком самого чувствительного места, медленно и восхищённо, нежно до чёртиков.

Из меня рвётся стон, а неведомая сила подбрасывает тело. Меня пронзает насквозь, а тёплый и влажный язык скользит между складок, затрагивая самые потаённые места, о существовании которых даже не догадывалась.