Замуж за варвара, или Монашка на выданье

 – Неужели старость пришла? Или пытки сделали свое дело и черствое сердце Габриэллы Эйдинбергской научилось сопереживать?

– Не ехидничай, сын, – ответила мама, отмахиваясь от меня. – Я все еще в своем уме и способна мыслить здраво. Сердце и пытки здесь ни при чем.

– Тогда что означает этот акт милосердия? Или думаешь, она опасна?

– Несомненно, опасна.

Кровать заскрипела, и я поспешил помочь матери сесть.

– Зачем ты двигаешься? – спросил раздраженно, взбивая подушку и подкладывая под ее спину, к стене.

– Плевать на нее, – рыкнул, отворачиваясь.

– Ты не называешь ее по имени, – заметила мама, снова хватая меня за руку и насильно усаживая рядом с собой. – Злишься на нее. Тогда как она ведет себя сдержанно и осмотрительно.

– Она меня раздражает! Высокомерная рабыня с неуемным эго!

– Дело только в этом?

– Конечно, в этом. Чего ты от меня хочешь? – Вспылив, я снова вскочил и заходил по комнате, заложив руки за спину. – Кроме того, я все время думаю, как нам добраться до Кенарии живыми.

– Сын! Не уходи от ответа. Ты ведь знаешь, я никогда и ни о чем не спрашиваю, если не вижу в том серьезной нужды. Забудь на время о погоне. Сейчас мы в безопасности. Пусть на время, пусть на несколько часов, но и этого хватит, чтобы немного передохнуть и поговорить.

– Хорошо. Но я действительно не понимаю, что ты хочешь услышать.

– Ты заинтересован этой рабыней?

– Нет! – ответил громко. И слишком поспешно.

– Что значит – не нужно? – Я приблизился к кровати, сел и вгляделся в глаза матери. – Что ты знаешь?

– Что ты знаешь об этой девушке? – с нажимом повторил я, чувствуя, как разрастается в душе беспокойство. Вряд ли высокородная леди Габриэлла Эйдинбергская, внебрачная дочь претендента на трон Регула, знает многих рабынь из Хастарии.

– Это долгая история, – отозвалась мама, отводя взгляд к окну. – И некрасивая.

– У нас есть час как минимум. А к некрасивым историям я привык.

Долгую минуту она молчала. Я уж решил, что разговор не состоится, но мама сцепила пальцы и начала говорить, так и не поворачиваясь ко мне.

– Я знаю не много, и тебе не понравится моя роль в этой истории. Но ты вправе услышать. Ее зовут Ясмина.