Замуж за варвара, или Монашка на выданье

К слову, Эд также в розыске, его обвиняют в покушении на наследного принца Ригула. Люди Хакарка по его велению отправились к Северному Пику и собираются призвать стража Шести Старцев, Буревестника.

Я даже дар речи потеряла от масштабов предстоящих событий.

– Все не очень хорошо, – кивнул Тирэн. – И нам нужно как можно скорее добраться в Кенарию.

– Хакарк хочет стать инициатором Высшего Суда Шести Старцев? – дрожащим голосом спросила я.

– Если не найдется другого выхода, – хмуро кивнул мальчишка.

– Но подобного суда не было так давно… С тех самых пор…

– С тех пор, как его предок, перевоплотившись в волка, убил чужака, нарушившего границы.

Тогда же был принят закон четвертого поколения, который нарушил Бьерн Тэкати Эссшат, отец Хакарка. И теперь его вторая суть – волк.

– Но ему нельзя заключать договор с Буревестником! – От переизбытка чувств я схватилась за плечо Тирэна и с силой его тряхнула. – Они не должны знать! Иначе…

– Они знают и видят все, Дарна, – проскрипел шардигар из-за костра. Понятия не имею, когда он успел проснуться и сесть, но теперь смотрел на нас и хмурился.

 – Старцы не вмешиваются в ход событий, пока их не попросит один из потомков правящих семей. Но стоит кому-то решиться, начнется Великий Суд, где всем воздастся по заслугам.

– Но этого нельзя допустить! Мама рассказывала легенды про Суд Старцев. Да и в монастыре мы часто говорили о нем. Тот, кто попросит Буревестника открыть проход, рискует всем. Каждый его поступок будет взвешен на весах справедливости, все мысли, даже самые потаенные, будут услышаны и озвучены… А Хакарк – воин, на его счету десятки смертей! И его вторая суть – волк… Ему не удастся скрыть свое происхождение.

– Несомненно. Но ты слишком плохо думаешь о супруге. Душа его чище, чем у многих, да и зверь живет в каждом из нас. Будь то трусливый заяц, глупая ведомая овца или благородный хищник, защищающий свою территорию. Хотя есть еще и рептилии…

– Но зачем рисковать? – со слезами в голосе спросила я.

– Старцы призовут к ответу Раена и всех, кто замешан в сговоре.

Каждого. Покажут Хакарку и остальным власть имущим их лица, расскажут, на ком из них какая вина. И покарают отступников.

– А какая участь уготована мне? – шепнула, понимая, насколько мало шансов у Хакарка остаться на свободе, когда вскроется его звериная суть.

– Тебе предложат право выбора. Или разделить участь супруга, какой бы она ни была, или получить свободу и жить так, словно и не было этого брака.

Я уставилась на Тирэна.