Сначала была расслабляющая ванна с травами, где я смогла еще подремать, пока горничная намывала мои волосы и натирала их какими-то маслами, удобно устроив мою голову на бортике ванны.
– Ты зачем масло вечерней селицеи используешь? – сквозь сон услышала я недовольный голос.
– Так всегда же его мазали, мэгги Агата, – растерянно ответила девушка.
Я не открывала глаз и решила притвориться спящей. Женщины же говорили тихо, чтобы не разбудить меня.
– Это огнеупорное масло, которое защищает волосы при обороте и бережет от воздействия огня, бестолковая ты девчонка! Ты посмотри на ее волосы! Это ж пух! Такие селицией только портить, – недовольно ворчала Агата.
– А я думала, что оно дорогое, поэтому его господа только используют, – последовал ответ.
Дальше на мои волосы снова лили теплый отвар и выполаскивали из него остатки масла, которое, видимо, приобреталось для другой женщины, потому что Реджинальда, натирающего волосы маслом, я представить не могла.
После косметических процедур был легкий завтрак, а затем меня отдали в руки парикмахера, который должен был повторить заранее утвержденную прическу, соорудив из моих собственных волос, шпилек и цветов что-то среднее между короной и корзинкой.
– Императрица ввела в моду сложные высокие прически с большим количеством декора, – пояснял парикмахер, – но у вас структура волоса такая, что дворец или фигуру спящего дракона не вылепить, поэтому обойдемся простым, но элегантным вариантом."
"Я с тоской смотрела в зеркало на так называемый простой вариант и тихо вздыхала.
На свадьбе мои локоны каскадом спускались на плечи и казались мне верхом изящества. Если же я буду придерживаться местной моды, то мои тонкие волосы станут еще и редкими, а потом мне и вовсе придется пользоваться париками и шиньонами.
Выбранное платье гармонировало с формой прически и украшениями, что специально к этому приему изготовил ювелир. Везде преобладали цветочные мотивы, а в отделке использовались цвета Империи драконов, моего родного королевства и дома Картеров.
Когда все было готово, в комнату заглянул Реджинальд. Он придирчиво осмотрел меня и остался вполне довольным.
Его костюм, идеально подогнанный по фигуре и подчеркивающий мощь торса, гармонировал с моим нарядом, но в нем отсутствовал лазурный цвет, символизирующий королевство Лавитории. Зато мои серьги и тонкое ожерелье перекликались с его перстнем, запонками и подвесками, что крепили на груди знак отличия.
