И слезы бессилия на глазах.
Покорно позволяю проделать с собой все необходимые манипуляции, и даже закрыть лицо.
— Вот, — тетка отходит, удовлетворенно осматривает результат своих усилий, — красавица! Пошли, гости уже приехали. Можешь плакать, это даже правильно.
После этого слезы высыхают сами собой.
Я усилием воли стараюсь перебороть ужасную апатию, возникшую из-за успокоительных трав в чае, но это бесполезно.
В комнату заходит еще кто-то, меня подхватывают под руки, куда-то ведут…
Я уже, практически, ничего не соображаю.
Просто перебираю ногами, отдаюсь на волю чужих рук.
В голове усиливается туман, и появляется странное равнодушное спокойствие.
Пусть делают, что хотят.
Склоняю голову, полностью сосредоточиваясь на том, чтоб не спотыкаться.
После темноты коридора, свет в комнате кажется ослепительным.
Кажется, здесь полно людей. Гости, чужие мужчины.
Я поднимаю взгляд и вижу своего брата, сидящего на почетном месте хозяина дома. И справа от него…
Знакомый огненный взгляд обжигает, темень зрачков заставляет немного проясниться сознание.
Я знаю его! Знаю! Это — тот мужчина, которого я видела в ночном клубе! Он и тогда смотрел на меня, сквозь дымку, настойчиво и горячо.
И сейчас… Сейчас так смотрит… Ох… Что он здесь делает?"
"Разговоры замолкают, мужчина ставит чашку на блюдце, не сводя с меня взгляда… И от этого кидает в жар. Потом в холод, я вся дрожу под никабом, облизываю пересохшие губы, изламываю брови, словно… Словно о защите прошу, о милости… Мне кажется, что этот человек может меня спасти из той ужасной ситуации, в которой я оказалась…
Глава 11
Сколько раз за последние дни меня носят на руках? Это — второй? Третий?
Мысли в голове вялые и какие-то глупые.
А у несущего меня мужчины сильные и надежные руки. И пахнет от него знакомо. И держит он меня знакомо… Я невольно расслабляюсь и закрываю глаза.
Не помню, в какой момент отключилась, кажется, прямо за праздничным помолвочным столом.
Сквозь вату в ушах слышала поднявшийся гомон, потом повелительный рык… И все стихло.
А затем меня взяли на руки и куда-то понесли.
Слышу, как спокойно и мощно стучит сердце несущего меня мужчины, ощущаю его запах… Что-то терпкое, с пряной тяжелой нотой.
Это — тот самый мужчина, что нес меня тогда, из клуба. Тот самый, что спас меня.
Он сейчас спасает, да?
Пусть будет так…
Мягкое сиденье машины, приятный запах новизны. Меня укладывают на подушки, мужской голос что-то негромко и быстро говорит, я не разбираю, что.
