Но лишь поступив на работу к Хатауэям, я увидела обыденную жизнь любящих людей. А в последний год мне довелось пережить мгновения истинного счастья. Незабываемое ощущение, что все происходит именно так, как должно быть, и нечего больше желать.
Поппи улыбнулась и спросила:
— Какие мгновения?
— Вечера в гостиной, когда все собираются вместе и Уин читает вслух. Наши прогулки с Беатрикс. Или тот дождливый день в Гэмпшире, когда устроили пикник на веранде. А еще… — Кэтрин осеклась, внезапно осознав, что едва не слетело у нее с языка.
— А еще? — подсказала Поппи, остановившись, чтобы полюбоваться великолепной розой, покрытой блестящими капельками воды, и вдохнуть ее аромат.
Кэтрин нелегко было поделиться сокровенными мыслями, но она заставила себя признать неприятную правду.
— После того как лорд Рамзи повредил плечо на развалинах старого замка… он целый день пролежал в постели с лихорадкой… и я сидела возле него с рукоделием. Мы разговаривали, я читала ему Бальзака.
Поппи бросила на Кэтрин лукавый взгляд:
— Лео наверняка понравилось.
Он обожает французскую литературу.
— Лорд Рамзи рассказывал мне о времени, проведенном во Франции. Он восхищался чудесной способностью французов не усложнять простые вещи.
— Да, ему самому не помешал бы этот дар. Отправляясь во Францию с Уин, Лео казался сущей развалиной. Вы бы испугались при виде его. Мы не знали, за кого больше бояться, за Уин с ее слабыми легкими или за Лео, который словно задался целью разрушить свою жизнь.
— И все же оба они благополучно вернулись домой, — заметила Кэтрин.
— Да, но вернулись другими людьми.
— Франция изменила их?
— Франция и еще битва с самими собой, которую им пришлось выдержать. Уин как-то сказала мне, что не пребывание на пике горы меняет человека, а восхождение к вершине.
Кэтрин улыбнулась, вспомнив Уин. Терпение и сила духа помогли этой чудесной девушке пережить тяжелые годы болезни.
— Узнаю Уин. Мудрую и сильную.
— Лео похож на нее, — задумчиво протянула Поппи. — Только он по природе бунтарь.
— И циник.
— Да, он бывает циничным… но в нем больше веселого озорства. Пожалуй, это странная смесь, но таков уж мой брат.
Кэтрин мечтательно вздохнула. Яркие картины прошлого промелькнули перед ее глазами. Вот Лео осторожно достает упавшего в яму ежика… вот он работает над чертежами нового дома, на лице его застыло выражение сосредоточенного внимания… раненый Лео лежит на кровати, в глазах плещется боль, а губы шепчут: «Вам не справиться со мной. Я слишком большая обуза».
