По коже от его неожиданного касания несется пульсирующий поток.
- Вот и умничка, - прокомментировал он мое внезапное молчание.
Краем уха слышу звук закрывшейся двери и стремительные шаги. Шепот Марка у самого уха ни на секунду не отпускает меня, делая тело безвольным и заставляя плавиться от новых для меня чувств. Кровь стучит в ушах и сквозь этот грохот слышу лишь отдельные слова:
- …ничего не бойся…
-…всего лишь поцелуй…
-… моя маленькая…
Такой нежный, такой трепетный. Так хочется верить. Я откидываю голову ему на плечо и совсем не возражаю, когда он несет меня в ванную комнату.
Встречаюсь глазами с Аланом, уже ожидающего нас у серебристого зеркала во всю стену. И плавлюсь от того восторга, которым светится его лицо. Я нравлюсь. Меня хотят. Это бесспорно. Он также, как и брат, заходит мне за спину. Мой нежный Алан одним резким рывком рвет на мне футболку. Я лишь делаю глубокий вдох, подставляя шею его неторопливым поцелуям.
По моему животу, бедрам, неторопливо скользят, переплетаясь, их руки.
Моя голова оказывается на плече то у Алана, то у Марка.
- Вы сведете меня с ума, - шепчу, впиваясь в бьющуюся рядом жилку на мужской шее.
- Просто… обещанный поцелуй, - губы Алана находят мои.
Я ощущаю неожиданную пустоту, когда Марк вдруг исчезает. Чтобы вновь оказаться возле меня. Где-то тихо зажурчала вода, наполняя огромную ванную облаками пара и ароматами леса и гор. Странное сочетание, но такое…правильное.
- Виктория, открой глаза.
Требовательные и, одновременно, мягкие поцелуи осыпают мои виски, щеки, скулы, шею.
Мне так надежно в их объятиях. Не чувствуя под ногами опоры, совершенно не боюсь. Почему-то знаю – не уронят, не отпустят. Медленно открываю глаза. В зеркале отчетливо вижу их лица, прижавшиеся к моему лицу. Светлая и черная гривы сплетаются в одно единое пушистое облако с моей шевелюрой.
Их скулы, щеки, плечи на моих глазах покрываются серебристой чешуей. Сквозь прозрачные хитиновые пластинки видны их атлетически вылепленные торсы.
И я между ними – такая маленькая, хрупкая, нежная. Перламутровые, с розовым отливом чешуйки покрывают мою словно присыпанную жемчужной пылью кожу, виски, лоб. И глаза… Глаза горят ярким синим, почти хрустальным блеском с черной щелью, разрезающей зрачки на две части.
- Ну, здравствуй, дракоша! – шепчет кто-то из них.
А я кричу.
От страха.
От неожиданности.
От шока.
Я - дракон?!!!!!
- Ты прекрасна, - рычит Марк и срывает с меня одежду.
