Так что девушку отпустили на место, поблагодарив за вкусное блюдо.
Следующая участница, леди Ротьер, что больше всех возмущалась, сейчас нагло врала и пыталась доказать, что она сама готовила блюдо. Что это глава безопасности неправильно ее проверяет и повар все не так говорит. А вот повар как раз был непреклонен, говорил, что блюдо в основном готовили помощники, а участница лишь раздавала указания и пакостила другим.
– Это наглая ложь! – верещала она. – Ничего такого я не делала!
– А вот я так не думаю, – спокойно сказал безопасник, глядя на девушку светлыми, практически прозрачными глазами.
– Лжёте здесь вы, и очень нагло. Это может подтвердить камень помыслов. Хотите, чтобы его принесли?"
"О, снова этот камень. Уж не знаю, почему его все так боялись, как по мне, он очень даже безобидный. Особенно когда нечего скрывать.
– Нет, не нужно, – вздрогнув, процедила девушка и обернулась к князю. – Ваша светлость, я действительно готовила блюдо не сама. Прошу прощения.
– Я рад, что вы это признали, – кивнул князь.
– Но по правилам конкурса вы не сможете пройти дальше.
О, вот тут начался сущий кошмар. Несдержанности девушки можно было только посочувствовать. Она вновь начала возмущаться, доказывать предвзятое отношение, всячески стращать и запугивать, напоминая, «кто ее отец». Интересно даже, она хотела этим напугать князя? Удивительно, но Риан и все присутствующие показывали просто верх выдержки, и только Логмэр пытался вразумить девушку, чтобы она вела себя прилично, но кто ж его слушать будет? В конце концов князю это надоело, и он приказал подоспевшим стражникам сопроводить девушку в ее комнату для сбора вещей.
– Я буду жаловаться! – сказала она напоследок, уперев руки в бока.
– Жалуйтесь, сколько вам угодно. Только уже вне отбора, – припечатал Риан и проследил, чтобы девушку наконец вывели.
Я же нахмурилась. Уж очень странно это выглядело. Пусть я не знаю в достаточной мере характеров участниц, но никогда прежде не видела, чтобы кто-то из них был столь несдержан.
Не может ли это быть… чьим-то злонамеренным вмешательством? Ведь уже было совершено два покушения, причем открытых, так, может, теперь стали действовать тоньше?
Посмотрела на Аису и заметила, что она тоже хмурится. Встретившись с ней глазами, я поделилась мысленно своими умозаключениями, а она, что просто поразило, словно услышала меня! Чуть заметно кивнула и наклонилась к Идрису, да-да, именно к нему, и что-то шепнула.
