Тот замер, видимо, отдавая ментальный приказ безопасникам, и что-то шепнул ей в ответ.
Уф, надеюсь, они смогут разобраться в том, что тут произошло.
Все это продолжалось не дольше нескольких секунд, и конкурс был продолжен.
– Среди вас есть еще те, за кого готовили помощники? – спросил князь, осматривая участниц. – В ваших же интересах сообщить об этом самостоятельно, ведь правду мы все равно узнаем и тут же дисквалифицируем виновных.
Честно говоря, мне было некогда следить за тем, как готовят девушки, кто и как им помогает и что вообще они делали.
Но парочка из них точно практически не подходила к продуктам, лишь раздавая указания. Я думала, никто не сознается, но вперед вышла еще одна участница – Вильгельмина Парей – и честно призналась, что готовить она не умеет и что за нее все сделали помощники.
– Спасибо за откровенность. Думаю, раз вы вышли, можете осознавать, что испытание для вас окончено? – спросил князь.
– Осознаю, ваша светлость. Для меня было честью побывать у вас на отборе.
А это… неожиданно.
Никогда не подумала бы, что одна из оставшихся девушек так достойно примет поражение. Князь встал, поблагодарил ее за участие и попросил сопроводить в комнату, дабы собрать вещи.
– Еще кто-то хочет признаться?
Желающих больше не нашлось, и Логмэр продолжил называть имена участниц, приглашая их показать свои блюда. Одни девушки выходили с высоко поднятой головой, с гордостью демонстрируя плоды своих трудов. Называли разнообразные виды блюд и даже рассказывали, как их нужно готовить.
Судьи пробовали, иногда что-то отмечали на листе пергамента и приглашали на дегустацию следующую участницу. Как оказалось, из всех девушек только двое приготовили более-менее сытные блюда с мясом, если судить по запаху – ледышка и Селена. Ее пирог тоже был мясным. Остальные ограничились салатами, бутербродами, чем-то похожим на канапе или коктейлями с чаем, ведь ограничений в блюдах не было и чай, ну или компот, тоже можно назвать оным. И две участницы сделали десерты.
А вот Маргрид не засчитали испытание, так как она приготовила только одно полноценное блюдо, а за второе выдала красиво нарезанные и уложенные фрукты.
Возмущалась она долго и со вкусом, порядком надоев всем своим писклявым голосом. Так что князю пришлось засчитать ее блюдо как выполненное и отпустить только для того, чтобы она замолчала. Ещё одну девушку поймали на лжи. Не знаю, на что она надеялась, но Идрис в своем вердикте был непреклонен, и князь прислушался к его мнению.
