Надо отдать должное Аисе, она прекрасно подобрала бальный наряд для будущей княгини. Анна была облачена в темно-синее платье с пышной юбкой и золотой вышивкой, выгодно подчеркивающее ее стройную фигуру. Пышные локоны забраны в аккуратную прическу и заколоты фамильными драгоценностями. Я сам, лично, передал их Аисе для образа моей девочки. И не прогадал. Тонкая, изумительно изящная диадема с айдулитами прекрасно вписывалась в образ и оттеняла невероятные голубые глаза.
По всей видимости, Анна впервые присутствует на таком масштабном мероприятии с участием сотен гостей.
Хоть держалась достойно, но была взволнована и настороженно поглядывала по сторонам.
Она тоже заметила изменившееся выражение моего лица и нахмурилась. Не поняла, что именно оно означает. Видимо, решила так же, как и большинство гостей, что я не рад ее появлению. Что ж, придется позже вымаливать у нее прощение. Но ничего, уверен, она простит, когда поймет весь замысел сегодняшнего вечера. А пока Анна гордо вздернула подбородок и уверенно прошествовала через весь зал ко мне.
Я очень надеялся увидеть ее улыбку, хотя бы намек на нее, но Анна присела в идеальном реверансе (спасибо любимой кузине) и, глядя куда-то в пол, проговорила дежурное:
– Ваша светлость, я рада вас видеть.
– Конечно рада, – донеслось откуда-то сбоку, пока я не успел сказать ничего в ответ. – Наверняка в своем мире была какой-нибудь посудомойкой.
Анна поджала губы, выпрямилась, но отвечать ничего не стала и не увидела, каким взглядом я наградил говорившего, коим оказался сын помещика, холеный и лощеный молодой хлыщ блондинистой наружности.
Кивнула и развернулась, чтобы пройти к остальным невестам. Однако я ее задержал.
– Господин Олбрейд, вы слишком тихо говорите. Не могли бы вы повторить свои слова, но уже для всех гостей?
Анна, стоя рядом со мной, заметно напряглась. Даже едва слышно шепнула: «Зачем?» – но я точно знал, для чего это делаю. Белобрысый хлыщ самодовольно усмехнулся и повторил свои слова более громко. В идеальной тишине зала они прогремели подобно звуку горна.
– Я сказал, ваша светлость, что иномирянка наверняка работала посудомойкой или иной прислугой, раз не может нормально держаться в высшем обществе.
– Я. Вас. Понял, – произнес тихо и по слогам. По одному моему тону всем присутствующим стало ясно, что сейчас я еле себя сдерживаю, чтобы не применить истинную драконью силу против этого недоумка.
Оскорбить участницу отбора. В моем присутствии и в присутствии сотен гостей.
