Тут к нам подошел отец, окинул взглядом меня на чужих руках и согласился, что мне как можно скорее нужно в лазарет. Декан был с ними заодно, и я страдальчески закрыла глаза.
Это означало лишь то, что меня ждала вовсе не наша комната у лягушачьего пруда с прижившимся в углу большим черным пауком, а больничная кровать.
Глава 15
…И снова было то самое странное место, и такое же давящее на голову свинцовое небо, и ощущение, что пространство вокруг меня лишь обман зрения. Оно замкнуто и заканчивается где-то совсем рядом, потому что я нахожусь внутри огромного павильона, чьи темные невидимые стены высятся как раз за вершинами холмов.
А за ними уже ничего нет.
Зато внутри этого «павильона» были трава, на которой я лежала, и сумрачный свет, льющийся с затянутого облаками неба, и белеющие неподалеку контуры алтаря, а еще склонившаяся надо мной… мама, которая наконец-таки приснилась мне во второй раз!
Она сидела рядом, терпеливо дожидаясь, пока я проснусь. Когда я открыла глаза, то она погладила меня по щеке.
Потом убрала лезущий мне в глаза локон, и я увидела широкий черный браслет у нее на руке.
Подумала отстраненно, что такая вещь явно не для красоты, потому что ничего красивого в ней не было. Но тут же подобные мысли вылетели у меня из головы – вместо этого я уставилась на маму.
Ничего ей не говоря, чтобы не спугнуть или по неосторожности не развеять иллюзию, принялась жадно вглядываться ей в лицо. Искала в ее чертах сходство с Труде ВанСельм или же Беатрис Корсон, но не нашла ни одного, ни второго.
Она была совсем другой, хотя в чем-то на них похожей – такой же стройной и светловолосой. К тому же мне показалось, что черты ее красивого лица были наполнены внутренним благородством и запредельной решимостью.
– Девочка моя, наконец-таки мне это удалось! – встревоженным голосом произнесла она. – Я так долго не могла с тобой связаться и уже потеряла всякую надежду. Стала думать, что утратила эту возможность навсегда и они отняли у меня даже сны!.
.
Последнее мама произнесла с ненавистью в голосе.
– Но почему? – прошелестела я. – И кто это сделал?!
– Раз уж все получилось, – вместо ответа произнесла она, не став ничего объяснять, – то, скорее всего, твоя голова была занята чем-то серьезным. Таким, из-за чего ты не могла отключиться от мыслей даже ночью, и это не давало мне возможность установить контакт.
– Экзамены! – догадалась я. – Ну конечно же, все эти дни моя голова была забита экзаменами.
