Вытаращив глаза, я уставилась на то, как Эртон Траветт с хозяйским видом усаживался на стул рядом со мной, а двое сопровождающих его магов встали на караул у изголовья и ног моей кровати, словно я…
Будто бы я замышляла побег от правосудия, и они собирались мне помешать!
Это был тот самый Глас Неба, с кем я уже имела неудовольствие беседовать примерно неделю назад. Теперь он явился в очередной раз.
Только вот зачем?! Что я такого успела натворить?!
Ответов у меня не было, но эта троица показалась мне вестниками апокалипсиса, который вот-вот произойдет в моей жизни.
– Леди Росманн, – произнес Траветт каркающим голосом, – меня заверили, что вы пришли в себя и, по вашим собственным словам, в состоянии ответить на несколько моих вопросов.
Сказать, что я приуныла, – ничего не сказать. Уставилась на Траветта, размышляя, откуда он взялся на мою голову.
– Какие вопросы вас интересуют? – спросила у него. – К тому же вы слышали, что вам сказал лорд Росманн в прошлый раз! Вы не имеете права меня допрашивать без особого разрешения…
На это Траветт, усмехнувшись, сунул мне под нос…"
"Я пробежала по свитку глазами – похоже, это было то самое разрешение на допрос Высших Родов с незнакомой мне размашистой подписью и светящимся красным кругом магической печати.
Вздохнула – судя по всему, подпись была той самой, королевской… Или же документ был выдан тем, кто имел несомненную власть в Альянсе, иначе Траветт бы так не ухмылялся.
Но все же, что его сюда привело?
Вещи, которые могли связать меня с Сушей, давно уже не существовали.
С документами у меня все было в полном порядке, да и тупить я перестала – за этим старательно следила не только я, но и мои подруги.
Тогда что ему от меня нужно?
Быть может, он здесь из-за вчерашнего происшествия в Гильдии?! Отравлением заинтересовался Глас Неба, хотя бы потому, что мне подсыпали яд в бокал в присутствии самого принца Вестии. Да и яд был непростым – непонятно, откуда ему вообще взяться на Летающих Островах?
Как оказалось, я ошибалась, и мой вопрос – уж не из-за отравления ли они здесь? – вызвал у Траветта еще одну язвительную усмешку, которую он попытался замаскировать под снисходительную улыбку.
– Нет, леди Росманн, мы здесь не по этому поводу! Я ведь могу звать вас Марша?
– Не можете, – отозвалась я, на что он усмехнулся еще раз.
Эта его улыбка, высокомерные взгляды и жесты демонстрировали то, что, по мнению Траветта, я была в полной его власти.
