Скорее всего, где-то на дереве у немцев сидел корректировщик.
Гаубица, даже калибром 105 мм, это куда неприятнее 81-мм миномёта и полевой 75-мм пушки. У первого мина взрывается, поражая всё вокруг осколками, а у второй мощность снаряда так себе. Гаубичный же снаряд, зарывшись глубоко в землю, не только выбрасывает вверх полгрузовика земли, но и способен при близком разрыве обрушить стенки траншеи. Или пробить перекрытие лёгкого дзота.
Немецкая лёгкая 105-мм гаубица
Тем не менее, итоги боя оказались в нашу пользу. 18 убитых и 43 раненых в батальоне 278-го полка против примерно сотни оставшихся лежать на поле немцев.
Там, конечно, не все убитые, наверняка не меньше половины раненых. И четыре расстрелянных в дуршлаг немецких бронетранспортёра.
Видимо, командование полка, атаковавшего нас, сочло позиции под Солишками более слабыми, поскольку примерно через час после первой атаки началась вторая. Только теперь фашисты действовали более осторожно, загнав бронетранспортёры в лес, где их было сложнее обнаружить.
Тем не менее, два из них всё-таки сожгли артиллеристы 278-го полка.
До окопов полтора батальона немцев, участвовавших в атаке, не дошли метров 150. Решающим оказался удар во фланг немцам тех самых трёх Т-72, очень впечатливших фрицев как внешним видом, так и мощью разрывов 125-мм осколочно-фугасных снарядов.
И потери у фрицев оказались намного выше, чем в первый раз. Теперь в поле перед Солишками лежало сотни четыре тел, хотя часть раненых во время первого боя их санитары смогли вынести. Больше пало и наших.
51 человек убитыми потерял стрелковый батальон и 7 — наша первая рота. Раненых, соответственно, 128 и 18. Из них десятка два легкораненых отказались уходить в тыл."
"В самый разгар боя капитан Валянский запросил поддержку самоходных гаубиц, но ему отказали. Они вели огонь по целям северо-западнее Воронов: немцы пёрли и там. Только не пехота 5-го армейского корпуса, а части 12-й танковой дивизии 57-го моторизованного корпуса.
Да уж, крепко сегодня насели на нас немцы! А ведь ещё только половина дня прошла…
Прибытие 731-го артполка 8-й отдельной противотанковой бригады РГК пришлось на паузу в боевых действиях.
А поскольку его командира, сорокалетнего подполковника Ермошкина, по прибытии связали по радио со штабом нашего полка, артиллеристы начали развёртывать позиции на северной опушке леса, примыкающего с севера к Погородно.
На моё удивление Злобин отреагировал очень встревожившей меня новостью.
— Немцы уже четырежды атаковали Вороново.
