Запах соли, крики птиц

Спустя примерно неделю они даже каким-то непостижимым образом начали ждать встреч с Ларсом. Он не разговаривал с ними свысока, слушал, высказывал соображения, не казавшиеся неуместными, и говорил с ними на одном языке. Даже Уффе, сам того не желая, начал относиться к психологу с некоторой симпатией, хотя скорее бы умер, чем открыто признал это. Групповые встречи перемежались индивидуальными беседами, что больше ни у кого не вызывало никаких возражений. Особых восторгов, правда, никто не высказывал, но все вроде бы смирились.

— Как вы пережили последнее время, учитывая все, что произошло? — Ларс одного за другим оглядел всех членов кружка, ожидая, что кто-нибудь возьмет слово. Под конец его взгляд остановился на Мехмете.

— Я считаю, нормально, — ответил тот, немного подумав. — Все так закрутилось, что я вроде как и не успевал задумываться.

— Задумываться о чем? — спросил Ларс, призывая его продолжить и развить свою мысль.

— О том, что произошло. О Барби. — Парень замолчал и опустил взгляд на руки.

Ларс оставил его в покое и оглядел прочих.

— По-вашему, это хорошо? Когда не надо задумываться? Вы тоже считаете, что шумиха сыграла положительную роль?

Снова непродолжительное молчание.

— Я нет, — мрачно ответила Йонна. — Я считаю, что было тяжело. Чертовски тяжело.

— В каком смысле? Что именно показалось тебе тяжелым? — Ларс склонил голову набок.

— Представлять себе, что с ней произошло. Когда перед глазами картины. Как она умерла, ну и все такое.

— А другие тоже видят картины? — Взгляд Ларса остановился на Калле.

— Ежу ясно, что видим. Только об этом лучше не думать. Я хочу сказать, что это даст? Барби все равно не вернешь.

— А ты не думаешь, что тебе станет легче, если разобраться с этими картинами?

— Эх, полегчает, только если взять еще пивка! Правда, Калле? — Уффе стукнул приятеля по ноге и засмеялся, но, увидев, что никто его не поддерживает, снова помрачнел.

Ларс переключил внимание на него, отчего Уффе неловко заерзал на стуле: он единственный по-прежнему отказывался полностью включаться в процесс, как это обычно называл Ларс.

— Уффе, ты всегда изображаешь крутизну. А что творится у тебя в голове, когда ты думаешь о Барби? Какие возникают воспоминания?

Уффе огляделся по сторонам, словно не веря собственным ушам. Какие у него воспоминания о Барби? Он захохотал и посмотрел на Ларса.