Запах соли, крики птиц

— Спасибо, мне сразу стало гораздо лучше…

Анника, не обращая внимания на его саркастический тон, продолжила воспитывать:

— Поезжай домой и отдохни. Ты в последнее время работаешь просто в нечеловеческом темпе.

— Спасибо, я знаю, — со вздохом отозвался Патрик. — А что прикажешь делать? Два параллельных расследования убийств, журналисты, атакующие нас, как чертова стая волков, да еще одно из расследований указывает на связь, тянущуюся за пределы нашего района. Собственно, с этим я и хочу попросить тебя мне помочь.

Не могла бы ты связаться с остальными полицейскими районами страны и поискать либо нераскрытые убийства, либо расследования несчастных случаев или самоубийств, имеющие ряд отличительных особенностей?

Он протянул Аннике список из нескольких пунктов. Та принялась их внимательно изучать, вздрогнула, прочитав последний, и посмотрела на Патрика.

— Ты полагаешь, имеются еще?

— Не знаю, — ответил он, закрыл глаза и помассировал основание носа. — Но мы никак не найдем связи между смертью Марит Касперсен и случаем в Буросе, и я просто хочу удостовериться, нет ли еще подобных дел.

— Ты думаешь о серийном убийце? — спросила Анника с некоторым недоверием.

— Пожалуй, нет. Пока, — ответил Патрик. — Мы вполне могли упустить очевидную связь между жертвами. Хотя, с другой стороны, убийца считается серийным при наличии двух или более однотипных жертв, так что с формальной точки зрения уже можно говорить о том, что мы ищем серийного убийцу. — Он криво усмехнулся. — Только не сообщай этого прессе.

Представляешь, какой шум поднимется в нашей дыре. И какие заголовки. «В Танумсхеде орудует серийный убийца». — Он засмеялся, но Аннике, похоже, было не до смеха.

— Я пошлю запрос, — сказала она. — А ты сейчас же поедешь домой. Немедленно!

— Еще только четыре часа, — запротестовал Патрик, хотя больше всего ему хотелось послушаться Анники.

Она обладала такими материнскими качествами, что не только детям, но и взрослым мужчинам хотелось залезть к ней на колени и подставить голову для ласки.

Патрик считал колоссальным упущением то, что у нее нет собственных детей. Он знал, что они с мужем на протяжении очень многих лет пытались завести ребенка, но безрезультатно.

— В таком состоянии от тебя все равно нет никакого толка, поезжай домой, отдохни и возвращайся завтра с новыми силами. А с этим я справлюсь, ты же знаешь.

Патрик с минуту поборолся с собой и с лютеранским чувством ответственности, но потом решил, что Анника права.