Запах соли, крики птиц

 — Того, что ищет каждый из нас, правда, большинство этого даже не осознает. Прощения за наши грехи, за наши упущения, недостатки и ошибки. Прощения за то, что нами сделано… и не сделано.

— А за что прощения искала Эльса? — негромко спросил Патрик, пристально глядя на священника. На мгновение показалось, что Сильвио готов что-то рассказать. Потом он опустил взгляд и произнес:

— Тайна исповеди священна. Да и какая разница? Нам всем есть за что искать прощения.

У Патрика возникло ощущение, что за его словами скрывается нечто большее, но он был достаточно хорошо осведомлен о тайне исповеди, чтобы пытаться давить на священника.

— Как долго Эльса состояла членом вашего прихода? — вместо этого спросил он.

— Восемнадцать лет. Как я уже сказал, мы за эти годы очень сдружились.

— Не знаете ли вы, имелись ли у Эльсы враги? Мог ли кто-то хотеть ей зла?

Священник вновь немного посомневался, а потом помотал головой.

— Нет, ни о чем таком мне не известно. Кроме нас, у Эльсы никого не было, ни друзей, ни врагов.

— А это нормально? — спросил Мартин, и в его голос невольно вкрались скептические нотки.

— Я понимаю, о чем вы подумали, — спокойно сказал седовласый мужчина. — Нет, у нас нет никаких подобных правил или ограничений для наших членов. У большинства имеются и семьи, и другие друзья, как в любом христианском приходе. Но у Эльсы, кроме нас, никого не было.

— Давайте вернемся к обстоятельствам ее смерти, — предложил Патрик. — Кто-то влил в нее колоссальное количество спиртного.

Патрику опять показалось, что он ощущает нерешительность, сдерживаемое желание чем-то поделиться, но вместо этого священник со смехом сказал:

— В этом вопросе Эльса, пожалуй, мало отличалась от большинства людей. Субботним вечером могла выпить рюмку-другую вина, но никаких излишеств. Нет, я бы сказал, что она относилась к алкоголю совершенно нормально. Кстати, я научил ее ценить итальянские вина, мы даже иногда устраивали дегустационные вечера.

Патрик поднял брови: католическому священнику удалось его действительно удивить.

Обдумав, не забыл ли он о чем-нибудь спросить, Патрик выложил на стол визитную карточку.

— Если вдруг вспомните что-то еще, пожалуйста, звоните без всяких колебаний.

— Танумсхеде, — произнес Сильвио, изучив карточку. — Где это?

— На западном побережье, — ответил Патрик, вставая. — Примерно между Стрёмстадом и Уддеваллой.