Запах соли, крики птиц

Произошедшее там так и осталось несколько туманным, сохранились лишь короткие отрывочные воспоминания, включавшие русскую икру, дикое количество водки и бордель. О чем Эрлинг не подумал, так это о том, что одно дело напиваться где-то в дальних краях, и совсем другое — видеть пятерых пьяных молодых людей у себя дома. Уже прием пищи носил характер катастрофы. К тостам с сиговой икрой они даже не притронулись, ризотто с морскими гребешками пожиралось в сопровождении звуков, напоминавших рвоту, особенно со стороны этого варвара Уффе, но кульминация, похоже, наступила сейчас, когда из туалета до него донеслись звуки настоящей рвоты.

Принимая во внимание то, что они все же отведали десерта, Эрлинг с ужасом представлял себе, как шоколадный мусс вылетает обратно и приземляется на только что уложенную изысканную плитку.

— У тебя, оказывается, было еще винцо, Эрлинг-стерлинг, — заплетающимся языком пробормотал Уффе, торжествующе выходя из кухни с закупоренной бутылкой.

У Эрлинга все внутри опустилось, когда он увидел, что подлец собирается открыть бутылку одного из его самых лучших и дорогих марочных вин.

Он почувствовал, как в нем закипает ярость, но взял себя в руки, заметив, что камера снимает его крупным планом в надежде именно на такую реакцию.

— Надо же, какая удача, — стиснув зубы, произнес он и улыбнулся крокодильей улыбкой, потом бросил умоляющий взгляд в сторону Фредрика Рена.

Продюсер, похоже, считал, что Эрлинг сам виноват и, вместо того чтобы броситься на помощь, протянул подопечному пустой бокал.

— Налей-ка сюда, Уффе, — попросил он, не глядя на хозяина.

— И мне тоже, — сказала Вивека, которая молча просидела весь ужин, а сейчас смотрела на мужа с вызовом.

У Эрлинга внутри все кипело — это бунт. Он улыбнулся на камеру.

До свадьбы оставалось меньше недели. Эрика начала немного волноваться, но все практические моменты были улажены. Они с Анной работали как звери, чтобы организовать цветы, карточки для рассадки за столом, проживание гостей, музыкальное сопровождение, и так далее, и так далее.

Эрика озабоченно посмотрела на Патрика, который сидел за столом напротив нее и рассеянно жевал бутерброд. На завтрак она приготовила горячий шоколад и хрустящие хлебцы с сыром и икрой — его любимое лакомство, обычно вызывавшее у нее приступ тошноты. Однако сейчас Эрика была готова на что угодно, только бы его немного подкормить. По крайней мере, теперь он влезет во фрак без проблем, подумала она.

В последние дни Патрик бродил по дому, как привидение.