Но высылка семьи графов де Маритт из столицы не останется незамеченной.
Сначала высшее общество королевства всласть обсудит причины, по которой принц отверг Альбертину. И с удовольствием напридумывает всяких ужасов, после которых ни один приличный дом не пожелает взять в семью такую тьеру. А потом теры и тьеры вдоволь посмеются над высылкой всего семейства.
— Бедная моя Берти! — прошептала Шарлота. — А Элиан? По нему опала семьи тоже ударит! Надо было сразу поверить герцогине Линей, столько времени упущено!
И тут графиню, как молнией ударило — а ведь герцогиня де Монтено дала ей совет! И раз тера Линей не ошибалась в главном, возможно, она не ошибается и здесь? Глупо будет не прислушаться и на этот раз!
— Бруно! — графиня ворвалась в кабинет мужа.
— У нас большие проблемы!"
"— Проблемы? — мужчина добавил вина в бокал и отхлебнул разом почти половину. — Мы потеряли дочь! Это не проблемы… Это горе!
— Да ты пьян? — возмутилась жена, заметив две пустые бутылки на полу и на столе, перед графом, почти полностью опорожнённую третью.
— А если бы приехал его высочество? Ты вышел бы к принцу в таком виде???
— Его высочество к нам никогда не приедет, — равнодушно заметил граф. — Не мешай, я оплакиваю дочь. Что ты за мать, Шарлота? Нашу девочку… Нашу маленькую Дани сегодня казнят! Может быть, уже казнили… А ты беспокоишься о моём виде?!
— Казнили, и туда ей дорога! Все наши несчастья из-за неё! А всё ты — «нам нужна ещё одна дочь!» — передразнила супруга Шарлота. — И зачем я только тебя послушалась и родила это исчадие?
— Не смей! — граф сильно хлопнул рукой по столешнице.
Бутылка подпрыгнула и опрокинулась, заливая поверхность стола остатками своего содержимого. Тёмно-красная жидкость собралась в лужицу, а потом бодро подкатилась к краю и весенним ручейком устремилась вниз.
— Не смей так говорить про Даниэль! — повторил мужчина. — Она была чудесной дочерью и не заслуживала умереть так рано! Ты не представляешь, как я жалею, что проводил с ней мало времени! Не стал с тобой спорить, отступил, когда ты решила, что дочерьми будешь заниматься сама.
Запретила мне к ним приближаться…
— Но ведь у тебя есть Элиан! — возмутилась графиня. — Твой сын и наследник! Мужчина воспитывает мальчиков, а образованием дочерей должна заниматься только мать! Чему бы ты научил девочку? Пить вино?
— Отец может дочь просто любить. И баловать хоть иногда, — грустно произнёс граф де Маритт.
— У тебя есть ещё одна дочь. И сын.
