— Я порядочная женщина, а не дешевая проститутка. — Я почувствовала, как запылали мои щеки."
"— Никто и не спорит. Я бы никогда в жизни не привез на такую крутую виллу дешевую проститутку. Я пригласил сюда именно порядочную женщину. Но ведь и порядочные женщины занимаются сексом. Порядочным женщинам тоже не чуждо ничто человеческое. Когда ты сюда ехала, разве ты не догадывалась, что между нами это будет?
— Догадывалась, но я не думала, что это будет так неромантично.
— Мы с тобой уже не в том возрасте, чтобы думать о какой-то романтике.
Рассудком я понимала, что я должна рассердиться, накричать на этого наглеца, который думает, что вместе с виллой он купил и меня, заявить ему, что такой расклад меня не устраивает, что мы так не договаривались и что именно по этой причине завтра первым же рейсом я возвращаюсь в Москву, но я почему-то молчала, сидела как вкопанная и не могла произнести ни единого слова. В глубине души я понимала, что совсем не хочу возвращаться в Москву, откуда я только что уехала, вернее, даже не уехала, а просто сбежала.
А сбежала я потому, что этот город напоминал мне о Вадиме…
В этот момент Анатолий наклонился ко мне как можно ближе и взял меня за руку. Я попыталась убрать его руку, но она была слишком настойчива, и он не дал мне возможности это сделать. Внутренне сжавшись, я отвела глаза в другую сторону и нервно проговорила:
— Тебе не кажется, что ты слишком шустрый?
— Нет. Только не вздумай говорить, что ты не хочешь того же, чего хочу и я.
— А чего хочешь ты?
— Нашего с тобой физического контакта.
— Господи, разве можно склонять женщину к близости такими сухими выражениями?
— Я что-то не так говорю?
— Да, не так. Ты должен сказать, что ты хочешь близости, но не контакта. И вообще, про это не говорят. Женщину просто к этому склоняют, как-то красиво подводят, чтобы не дай Бог ее не обидеть. И не говори, что в нашем возрасте это все не важно. Это важно в любом возрасте. Даже когда тебе семьдесят.
— А мне казалось, что когда тебе семьдесят, то тебе вообще ничего не надо.
Ты прости меня, если я что-то не так делаю. Если я что-то не так делаю, то я делаю это только оттого, что по-другому просто не умею.
— Это плохо.
— Может быть, но я умею делать и хорошо. Когда Анатолий поцеловал мочку моего уха, я ощутила, как по телу пробежали мурашки, и вот тут-то я и смирилась с тем, что сопротивляться я больше не в силах. В конце концов с Вадимом все кончено, и я не обязана хранить ему верность.
