Запасной инстинкт
0 прочтений
- Автор: Татьяна Витальевна Устинова
- Жанр: Легкое чтение, Детективы, Любовные романы
Может, прикинуться больной? Взять прошлогодний или позапрошлогодний отпуск? Можно взять еще позапозапрошлогодний – она редко ходила в отпуск. “Отрываться” на сочинском пляже казалось ей занятием чрезвычайно глупым, а на Лиссабон или Ибицу требовалось слишком много денег.
У нее очень много дел. Очень много важных дел. Завтра Федькины похороны, и она должна как-то защитить Троепольского от того, что предстоит им всем. И еще кто-то должен защитить Троепольского от племянницы, которую Полина уже тайно возненавидела, – и себя, за то, что ее возненавидела!
Арсения на работе не было.
– Что у вас происходит? – строго спросила она, даже не поздоровавшись. – Я хотела на работу ехать, но меня Иван не пустил. Мы даже поссорились, – добавила она с необыкновенной гордостью в голосе, и Полина, которой не с кем было поссориться и некому было куда-то ее “не пустить”, совсем расстроилась.
– Федьку убили, Варь. Ты знаешь, да? И… больше ничего не известно.
– Что значит “неизвестно”?
– То и значит. Троепольского три дня продержали в КПЗ, и сейчас его на месте нет, и уралмашевский сайт пропал, и вообще… непонятно, что происходит.
– Как пропал?! – ахнула Варвара. Полина объяснила – как.
– Поль, это чушь какая-то! Кто мог украсть у нас сайт?! Враги? Шпионы?
– Приезжай, – велела Варвара.
– Он всегда был Мишкой, еще у меня в животе, – отрезала Варвара. – Приезжай сейчас же.
– Сейчас я не могу, – проскулила Полина. – Троепольский неизвестно где, и мне надо еще одну… штуку проверить. Прямо сейчас.
– Понимаешь, – зашептала Полина, оглядываясь на собственную распахнутую дверь, за которой было непривычно тихо. – Я нашла у него в спальне договор с Уралмашем, а там…
– Как в спальне? – словно обессилев, прошептала на том конце провода Варвара Лаптева.
Полина поняла, что преступление ее стало достоянием гласности, и пощады теперь не жди. Особенно от Варвары. Поймав в стекле свое отражение, она вдруг отчетливо осознала, что очень напоминает сама себе собаку Гуччи: глаза выпученные, лапки дрожащие, на морде – ужас перед жизнью.
