Записки под партами

Потом слышу дверь хлопает, значить мать пошла к подруге. Можно вернутся. Все еще злюсь безумно. Хочется расколотить этот проклятый дом и всех его обитателей.

Когда Таська возвращается, я уже немного прихожу в себя. Мы с ней взаимно ненавидим друг друга. Она за мои издевательства, а я за ее существование. С детство повелось так. Мать начала восхищаться тайно стойкостью этот девчонки. А меня попрекать. Хотя в цвет вела себя ужасно: относилась к ней, словно та рабыня. Отцу ее постоянно напевала гадости про дочурку. А тот и верил.

Мне бы радоваться, но нет, злость и ненависть еще больше вскипает.

Когда сегодня Таська мне отказала, я поляна: грядёт война. Открытая война. Теперь можно немного сбросить эмоции, накопившиеся за долгое время. Отомщу, измажу в грязи, сломаю. Как же мне хотелось увидеть ее слезы. Чтобы ощутить всю сладость мести, чтобы она ощутила себя в моей шкуре. Ведь меня мать сломала, давно сломала.

Долго думала, как бы проучить сестричку. И идея сама собой возникла. Класс ОБЖ оказался просто подходящей ловушкой для мышки.

Вопрос с ключами тоже решился быстро. Попросила подруг отвлечь Вячеслава, а сама в его коморке стащила ключи. Тут еще и классная сеструхи попросила ее задержаться, ну разве не чудно. Оставалось кинуть сыр, чтобы мышеловка захлопнулась. Нашли с девочками тихоню из младших классов, пригрозили ей как следует в туалете. Она расплакалась, забавное было зрелище. Но в итоге согласилась. Никто не хочет быть изгоем и грушей для битья.

Когда Таська зашла в кабинет ОБЖ, я захлопнула за ней дверь.

Ее стоны, стуки и вопли, все это было сладким десертом к чаю. Теперь посмотрим, кто из нас сильный и стойкий.

— Открой, немедленно, — нервно бью в дверь. Волна страха подкатывает, потому что моя сестра не тот человек, который будет шутить.

— Будешь знать, как отказывать, — поет таким едким голосом, аж мороз по коже.

А дальше все как в старом американском фильме ужасов. Молю, прошу, колочу в дверь, а в ответ слышу лишь ее шаги. Падаю на колени и не замечаю, как слезы градом начинают катиться по щекам.

Я не боюсь закрытых пространств, но боюсь темноты. Боюсь неизвестности. Боюсь быть одна. Дышу так быстро, что в какой-то момент, кажется, воздуха не хватает. Не могу насытиться кислородом, видимо паническая атака. Нужно успокоиться. Считаю медленно от одного до ста, а перестать плакать не могу. Снова подскакиваю и колочу в дверь, пока костяшки не сбиваю до крови. А там никого: ни голосов, ни шагов. Яна ушла. И ведь продумала все.