Заповедь Варяга

Бессмысленные зверства всегда вызывают недоумение и вполне оправданное чувство брезгливости к тем, кто на них отважился. Подобных людей остерегаются все, они просто не вписываются ни в одну из существующих систем и, следовательно, изначально обречены на саморазрушение. Воровская среда, как и всякий живой организм, способна к самоочищению и без колебаний и жалости расправляется со всякой бациллой, проникающей в его тело. Беспредельщики не понимали, что расстраивали отлаженный механизм, отпугивали с рынков «купцов» и привлекали к себе внимание карающих органов.

А это потери! Следовательно, завтра братва на зоне будет сидеть на подсосе, не получив грева, кому-то может не хватить на хорошего адвоката, и какой-то малец не получит пенсию за сгинувшего в лагерях отца.

Лидером питерских мелких бандитов был Паленый, в миру Григорий Любимов. Интерес Варяга к нему был особенным. Владислав понимал, что если Паленого не остановить сегодня, то уже завтра он шагнет за пределы области и захочет потеснить законных уже по всей России.

Любимов готов к ссорам, которые в милицейских сводках обычно фигурируют как уличные перестрелки. Для ведения подобных операций у Паленого имелось все: наглость, повышенное честолюбие, перспективная задиристая молодежь и горы припрятанного оружия. Как же это скажется на законных? Нетрудно предположить: неудовольствие западных коллег за сомнительный рынок – раз; потеря былого авторитета – два; и, как следствие – усиление в ключевых городах власти беспредельщиков – три!

Этого перечня вполне достаточно, чтобы расписать всякого, посмевшего нарушить воровские законы.

Что ж, придется заняться Паленым вплотную. Ангел скомкал маляву и положил ее в стеклянную пепельницу, чиркнул зажигалкой и поднес пламя к бумаге. Малява вспыхнула не сразу, поначалу обуглились неровные края, а потом желтое пламя поглотило всю записку. Ангел посмотрел на часы – время идти на сход.

* * *К вечеру из Питера обещал подъехать Ефимович, как раз к сходняку.

Как оказалось, у него в Подмосковье была дача, вот и решено было перетереть все дела именно у него. Инициаторами сходняка стали два вора в законе – Джамал и Резван, больше других заинтересованные в питерских делах. Джамал – почти старик, получивший титул еще лет тридцать назад. По жизни он был бродяга и бессребреник, для которого еще совсем недавно самой большой роскошью была биндюга в арестантском бараке.