С самого начала ему не нравились и люди, нанимавшие его, и предложенные условия, и сама работа. Ведь изначально было понятно, что сектанты не рискнут связываться с властями планеты.
Но гордыня не позволила ему отказаться от дела, и теперь он пожинал плоды собственной глупости. Анализируя всё произошедшее, он вдруг понял, что стал жертвой чьей-то глупости или злого умысла. И не сумел этого вовремя понять. Ведь получая задание, он решил, что наниматели хотят таким образом просто избавиться от мешающей им секты. Сработал стереотип.
В очередной раз выругавшись, Кнехт прислонился к дереву, чтобы дать себе передышку. Нужно было отдохнуть, взять себя в руки и перестать посыпать голову пеплом.
— Не время петь козлиную песнь, — пробормотал он, припомнив подходящую к случаю поговорку, и, оглядевшись, зашагал дальше.
* * *Ждать пришлось недолго. Как только силовой щит отключился и в эфире прозвучала просьба о помощи, корабли нападавших пошли на стыковку. Открывшиеся шлюзовые камеры оказались слишком заманчивы, и нападавшие, очевидно, решив не терять времени на пробивание брони на других палубах, дружно ринулись в ловушку.
Магнитные захваты прочно удерживали корабли рядом с линкором, и абордажные команды ринулись в шлюзы, даже не воспользовавшись транспортом.
Они выходили в пространство в скафандрах с оружием в руках и, пользуясь страховочными фалами, с ходу принимались блокировать лифты и грузовые подъемники, не подпуская к ним призовые команды других кораблей. Но, как только автоматика закрыла внешние люки и уровняла давление, в шлюзах разверзся ад.
Внутренние люки распахнулись, и на пиратов обрушилась волна невообразимых существ.
Больше двух метров ростом, весьма смахивающих на варанов или крокодилов, вставших на задние лапы и вооружённых огромными кривыми саблями с зазубринами по всему лезвию. Рассмотреть, какого цвета у них шкура, не представлялось возможным, потому что эти твари были одеты в какое-то подобие скафандров. Стремительно размахивая этим варварским арсеналом, твари моментально разметали пиратов по шлюзам, принуждая бросать оружие и сдаваться.
Стрелять в такой толчее было просто опасно. Очень велик был риск попасть в своих.
К тому же любой осмелившийся поднять бластер или штурмовую винтовку, тут же лишался собственной головы. Судя по всему, твари отлично знали, чем вооружён их противник. Находились смельчаки, решавшиеся броситься в рукопашную схватку, но сабли и топоры пиратов не шли ни в какое сравнение с оружием тварей.
