— Итак, с вашего разрешения, я продолжу. Теперь, когда всё вдруг так неожиданно изменилось, я решил, что, имея всю необходимую информацию, мои люди сумеют и сами изготавливать продукт, который нам так понравился. От вас же требуются только исходные данные. Сырьё, процесс переработки, пропорции, ну и далее по списку. Если вы будете столь любезны, что передадите мне все нужные данные, я сделаю так, чтобы ваше пребывание на этой планете было очень приятным. Более того, я даже не потребую вернуть мне остаток денег, которые были уплачены за продукт.
Что скажете?
— А гарантии? — моментально отреагировал Старый Лис. — Поймите меня правильно, сэр, но моя работа изначально делает человека пессимистом, не всегда верящим даже самому себе.
— Понимаю, — помолчав, улыбнулся араб. — И даже не стану обжаться на вас за такое недоверие. Гарантия у вас только одна — моё слово. Согласитесь, что после того, как вы передадите мне всю информацию по изготовлению такого специфического продукта, вас уже не будет смысла ликвидировать.
Достаточно будет одного намёка на наше знакомство, чтобы вы оба провели остаток жизни на одной из далёких и очень неуютных планет тюремного типа. С другой стороны, ваша жизнь будет гарантией того, что вы передадите нам правильные данные. Как давно уже известно, ожидание смерти страшнее самой смерти. А в том, что она может наступить в случае обмана, вы, надеюсь, не сомневаетесь?
— Ни в коем случае, — быстро замотал головой председатель, который уже успел взмокнуть, слушая бархатистый баритон араба.
— Ничего не расскажет только труп, — мрачно протянул Старый Лис.
— Мистер Олири, даже ваша должность не даёт вам права оскорблять человека таким недоверием. Захоти я вас обмануть, не задумываясь дал бы любые клятвы, письменные гарантии и нотариально заверенные расписки, а также пообещал бы луну с неба. Как видите, я предельно откровенен. Согласитесь, иногда, в особых случаях, гораздо выгоднее оставить важного свидетеля живым.
— И зачем вам такой риск? Ведь нас могут, например, арестовать и подвергнуть какой-нибудь психологической обработке, после которой мы расскажем даже то, чего и сами не помним, — не унимался Лис.
— Могут, — чуть улыбнувшись, ответил араб. — Но если вдуматься, то что вы сможете рассказать такого, что могло бы повредить мне и моим людям? Всё, что вы видели — машина на парковке и этот дом. Поверьте, таких домов у нашей организации больше, чем вы можете себе представить.
