Кроме того, ей совершенно безразлично, что Тобиас провел достаточно много времени наедине с Аспазией Грей.
Сколько же ей подождать, прежде чем вернуться к нему? Двадцать минут? Остается лишь надеяться, что она не столкнется с теми людьми, встречи с которыми сумела избежать в первый раз.
Вот тебе и пикантные забавы домашнего приема! Она с самого начала сомневалась, но Джоан Дав заверила, что ей ужасно понравится проводить время подобным образом.
Да, придется терпеть скучные игры и разговоры и даже примириться с возможностью встретить отвратительных, мерзких людишек, но оно того стоит.
Весь смысл таких приемов состоит в том, что никому нет дела, куда вы идете, после того как погасят на ночь свечи.
Похоже, Джоан не предвидела сложностей в лице Аспазии Грей.
И тут неожиданная мысль как громом поразила Лавинию, послав по спине мурашки озноба. Как она поступит, обнаружив, что женщина и не думала уходить из спальни Тобиаса?
Она попыталась уверить себя, что нисколько не ревнует. Вечером Тобиас был в исключительно хорошем расположении духа.
Разговор между ним и новой клиенткой наверняка был достаточно серьезным, чтобы привести его в состояние ледяного оцепенения, которое, как она знала, ничего хорошего не предвещало. И ее беспокоил вовсе не зловещий вид и уничтожающий взгляд. В конце концов, он представлял угрозу только для тех, кто замышлял недоброе. Беда в том, что в таком настроении он был склонен рисковать.
Из полузабытья ее вывел тихий стук. Лавиния повернулась, вскочила и распахнула дверь.
В полутемном коридоре стоял Тобиас, выглядевший еще более опасным, чем полчаса назад. Он не потрудился надеть фрак или галстук. Мало того, даже не застегнул воротничок белой сорочки, так что она видела темную курчавую поросль волос на груди.
— Вот это сюрприз, сэр!
Он оглядел коридор, желая, по-видимому, убедиться, что поблизости никого нет, и переступил порог.
— Сделай мне одолжение, — пробормотал он, захлопнув дверь, — если впредь я когда-нибудь снова предложу принять приглашение на прием в загородном доме, пожалуйста, посоветуй мне выйти и встать под дождь, пока не пройдет приступ.
— Как странно, что говоришь это именно ты! Я думала о том же! — усмехнулась Лавиния, занимая прежнее место у окна. — Кто она, Тобиас?
— Я уже говорил, — тихо напомнил он. — Аспазия Грей. Старая знакомая.
— Насколько я поняла, вы когда-то были достаточно близки.
— Я сказал «знакомая», не «любовница», — буркнул Тобиас, подходя к ней.
