И именно меня старается ранить в самое сердце. Он верно угадал: ничто на свете не может ударить меня больнее, чем вид твоих страданий.
Эмелин молча воззрилась на него, потрясенная глубокой уверенностью его тона.
— Но вы только недавно встретились. По какой же причине он питает к тебе столь сильную неприязнь?
— Понятия не имею. Но собираюсь выяснить. А пока не хочу, чтобы ты и близко к нему подходила.
— Даже если я и соглашусь на твое требование, ты хорошо знаешь: ничто не может помешать ему подойти ко мне, разве что ты запрешь меня в этом доме, чего я никогда не позволю!
— Черт возьми, Эмелин!
Она нежно прикрыла ему рот ладонью.
— Только прислушайся! Мы снова напоминаем тетю Лавинию и мистера Марча в тот момент, когда они поглощены своими жаркими спорами. Если припомнишь, мы намеревались вести себя в подобных ситуациях совершенно по-другому.
Энтони зловеще прищурился:
— Но речь идет не о наших личных отношениях.
— Наоборот, именно о самой их сути. Наша связь должна быть гармоническим метафизическим союзом двух родственных душ.
Мы согласились, что не должны ссориться и кричать друг на друга, как моя тетушка и мистер Марч. Поклялись, что не будем столь упрямыми и несгибаемыми, как они. И не пойдем по той тернистой тропе, которую они избрали.
Губы Энтони слегка изогнулись. Впервые за весь день Эмелин различила в его глазах искорки неподдельного веселья."
"— Я начинаю думать, что каждый из нас обладает столь же сильной волей, упорством, одержимостью, как миссис Лейк и Тобиас.
К сожалению, Эмелин, мы, похоже, пустились в путь по той же тернистой дорожке.
— Чепуха. Я уверена, что, приложив немного усилий, мы избежим этой судьбы.
— Вот видишь! Ты только что доказала мою правоту! Мы даже не в силах воздержаться от спора на тему того, обречены мы ссориться или нет.
Его губы были так близко, что где-то в глубине души Эмелин зажглось и начало разгораться неизбежное возбуждение. Она честно попыталась взять себя в руки.
— Мы не ссоримся, — чуть задыхаясь, настаивала она.
— У нас серьезная дискуссия.
— Называй как хочешь, — прошептал он, жадно глядя на ее ротик, как на редкую и сочную ягоду, которую собирался съесть. — Сейчас мне как-то все равно.
— Но мы должны обо всем договориться.
— По-моему, мы не можем прийти к единому мнению, поэтому следует заняться чем-то поинтереснее.
— Энтони, ты пытаешься сменить тему.
— Как ты догадалась?
И не успела Эмелин ответить, как он завладел ее губами, успешно заглушая все протесты.
