Джоан склонила голову набок, явно размышляя над столь неожиданным выводом.
— А знаете, теперь, когда я увидела события в этом свете, мне пришла на ум еще одна смерть, которая вполне вписывается в вашу версию. Речь идет о сорокалетнем джентльмене по имени Ньюболд. Как-то утром несколько недель назад его нашли у подножия лестницы в его собственном доме. Все предположили, что он чересчур много выпил и потерял равновесие на верхней площадке.
— А о каком браке шла речь в этом случае?
— Его собственном. — Джоан едва заметно вздрогнула.
— Омерзительный тип, который частенько посещал только те бордели, которые могли предоставить ему для развлечений совсем маленьких детей.
— Гнусное создание, — прошептала Лавиния.
— Да. Но очень богатое гнусное создание. Как и в случае с Фуллертоном, он недавно обручился с молодой леди. Интересно, понимает ли крошка, как ей повезло, что венчание отменили?
— Ну и ну, — выдохнула Лавиния.
Джоан нахмурилась:
— Дело в том, Лавиния, что, как и в первых двух случаях, никто вроде бы не препятствовал намерениям Нью-болда.
Мало того, все три предполагавшихся брака считались весьма завидными с точки зрения денег и связей в обществе. В свете только эти две вещи и имеют значение. Вы знаете это так же хорошо, как и я.
— В большинстве случаев, но не всегда. Я, например, знаю, что для вас огромное значение имело счастье Марианны.
— Да, это так. — Джоан с непроницаемым видом взглянула на портрет Филдинга Дава, висевший над каминной доской. — Филдинг тоже очень беспокоился.
Видите ли, у нас был такой согласный и счастливый союз!
Лавиния поняла, что Джоан изо всех сил пытается скрыть обуревавшие ее эмоции. Что делать? Игнорировать настроение подруги или попытаться ее утешить? Их дружба только набирала силу, и были какие-то границы, которые Лавиния не хотела переходить без разрешения.
Она вернулась к креслу, но не села.
— Я знаю, что вы очень любили Филдинга Дава, — осторожно обронила она. Что ж, это вполне нейтральное замечание. Если Джоан не собирается раскрыть душу, ей будет достаточно просто кивнуть.
Джоан так и сделала, не отрывая глаз от портрета, и Лавинии показалось, что на этом тема будет закрыта. Но Джоан поднялась и шагнула к окну.
— Как раз перед вашим приходом моя дочь сделала все возможное, чтобы напомнить мне об этом факте.
— Я не хотела бы совать нос в ваши дела, — начала Лавиния, — но чувствую, что вы чем-то расстроены. Чем я могу помочь?
Лицо Джоан словно окаменело.
