Запрещаю тебе уходить

Ещё бы! Среди обслуживающего персонала уже прокатился слушок, что у мэра объявилась жена. Интересно, а наличие сына он как объяснит?

– Как Арина? – спросила я, набрав Веронике.

В Сызрань она выехала немногим позже, чем Воронцов повёз меня в противоположном направлении. Согласно расписанию, как раз должна была закончиться разминка перед стартом.

– Тебе честно? – до меня донёсся вздох помощницы. – Переживает, Насть. Запорола тулуп. И на тренировке у неё не заладилось. Этот тулуп…

Этот тулуп она могла сделать ночью с закрытыми глазами.

Мне ли было этого не знать?! Самый простой из всех прыжков. А я вместо того, чтобы помочь ей справиться, молчала и улыбалась на чёртовом приёме. Молчала, чёрт подери, и улыбалась!

Попытка найти Женю ни к чему не привела. Да и нашла бы, что дальше? Я улыбнулась рассматривающей меня пожилой женщине, ещё одной, помоложе. Пузырьки шампанского щекотали язык. С каждым новым глотком музыка переставала быть такой занудной, как казалось изначально, а украшавшие зал вазы с цветами – такими вычурными.

– Попробуйте, – конфета была уже третьей или четвёртой. – М-м-м. – Я показала похожему на дворецкого мужчине на поднос. – У вас невыносимо кислая мина. Вам срочно нужны эндорфины.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Он выкатил тощую грудь колесом. Я улыбнулась ему и запила шоколад сладким шампанским. Что там говорил Женя? Жить хорошо тогда, когда это приносит удовольствие? Отлично!

– Считаете меня хорошенькой куклой?

– Простите?

– Да ладно вам, – я махнула рукой.

– Думаете, я не знаю? Голубоглазая блондинка в розовом платье… – я тихонько засмеялась. – Вы любите фигурное катание?

– Это красивый вид спорта, – тактично отозвался тощегрудый.

Боже! Безлико и предсказуемо.

– Красивый, – согласилась я со вздохом. – То, что показывают по телевизору, красиво. У меня было четыре сотрясения. Перелом лучевой кости левой руки… Но карьеру я закончила из-за травмы бедра. Красивый вид спорта, да… Произвольная программа фигуриста не длится и пяти минут.

Но она длится больше, чем жизнь.

– Не уверен, что понимаю вас.

– А вы и не поймёте, – я усмехнулась. Посмотрела на поднос с конфетами и взяла ещё одну. Да гори оно всё синим пламенем! Сладкий шоколад, шампанское…

– Извините нас, – со скрытым гневом сказал подошедший Женя.

Явился не запылился! С ходу он взял меня пониже локтя и увёл от «дворецкого».

– Я тебя предупреждал?! – процедил он, когда мы оказались в уединённом уголке.