— Почему ты отказалась пообщаться с психологом?
— Ты меня не слышишь? — выдёргиваю свою ладонь из её. — Я не хочу. В этом нет необходимости!
— Я поняла тебя, Тата. Успокойся.
— Вернёмся к нашему разговору. Что там с приступами? Они повторялись? Часто?
Вытирает платочком пот со лба.
— Не знаю. Настя уехала с Амираном в Грузию. Потом они переехали в Москву.
— Вы с матерью общались или нет?
Она молчит.
— Нет, значит?
— Очень редко. Я… пыталась наладить с ней связь после трагической смерти ребёнка, но у нас не получилось.
— В психушку она попала из-за этого?
Разительно меняется в лице.
— Отец рассказал тебе?
— Конечно, да! Я всё знаю. И про грязный роман с этим русским. И про то, что… Климов, — выжимаю из себя ненавистную фамилию, — вместе с бандитами заявился в Тбилиси годом позже.
Бабушка Алиса выглядит растерянной и потрясённой.
— А чему ты так удивлена? — выгибаю бровь. — У нас с отцом нет друг от друга секретов.
— Просто ты… ребёнок. Я не понимаю, зачем…
— Зачем мне знать правду? Считаешь, что не должна? Не имею права? — начинаю заводиться.
— Я не это имела ввиду, — объясняется тихо.
— Когда мне было тринадцать, мы сели и по-взрослому поговорили.
— Ты поэтому отказалась от дальнейших встреч с матерью?
— Да какая она мать?! — усмехаясь, давлюсь горечью.
— Какая бы не была, но мать.
— Ладно, хватит, достаточно, — раздражённо отмахиваюсь. — Не надо читать мне лекции. Где дед? — перевожу нашу беседу в иное русло.
— В Гороно или как там это сейчас называется.
— Зачем он туда поехал?
— Скандалить и жаловаться на вашу директрису.
— И ты отпустила? — возмущённо повышаю голос.
— Его было не остановить.
Качаю головой.
— Он сейчас создаст большие проблемы Шац. Она-то ни в чём не виновата!
— Получается, что виновата, раз недоглядела за тобой. Как ты оказалась в реке?
— Поскользнулась и упала. Немедленно звони ему, пусть угомонится. Со мной ведь всё в порядке.
— Ты так считаешь?
— Звони!
— Я попробую, но ничего не обещаю.
— И верните мне мой телефон.
— Но Елена Анатольевна сказала, что тебе нужен покой…
Сжимаю челюсти.
Протягиваю ладонь и жду.
Уже среда, и я в свете последних событий совершенно выпала из жизни.
*********
Поздний вечер. Врачи и бабушка, наконец, оставляют меня в покое.
Беру в руки отвоёванный телефон и захожу на свою страничку во Френд-апе.
Первое, что бросается в глаза, сообщения и эмоджи от одноклассников, отправленные в понедельник на стену.
«Выздоравливай, Тата!»
Запустила цепочку неугомонная Филатова.
