Родители давно развелись. Мы с папой раньше жили в Тбилиси. Потом переехали в Москву.
— А мать?
— Она обосновалась в Питере. Танцует в Мариинском театре.
— И как часто вы видитесь?
— Пару раз в год, — пожимаю плечом.
— Так редко?
— Моя бы воля, вообще эту предательницу не видела бы, — вырывается непроизвольно, когда эмоции вновь берут надо мной верх.
Марсель тактично молчит, а у меня неожиданно для себя самой возникает желание выговориться.
— Когда мы разговаривали днём, я сказала тебе, что никогда не предам отца.
В том смысле, что не брошу его ради русского парня, понимаешь? Не поступлю с ним так, как поступила мама!
— А ты спрашивала у неё, почему она так поступила?
— А разве должна? — возмущённо на него смотрю.
— Мне кажется, да.
— Зачем говорить с ней, если отец сам мне всё рассказал.
— Не знаю. У медали же типа всегда две стороны. Разве тебе неинтересно послушать версию матери?
— Нет, неинтересно, — отрицательно качаю головой. — Есть факты. Она нас бросила. Ладно его, но я-то причём? — выпаливаю обиженно.
— Бывают разные обстоятельства.
— Думаешь, приятно слышать о том, что твоя родная мать пыталась от тебя избавиться?
Парень снова хранит молчание, а я изо всех сил борюсь с собой, чтобы не позволить слезам скатиться по лицу.
— Жених — выбор твоего отца? — так резко меняет тему, что я немного теряюсь.
— И с чего ты это взял?
— Просто спрашиваю. Учитывая всё вышеозвученное, очень похоже на то.
— Это, прежде всего, МОЙ выбор.
— Прям уверена? — выгибает бровь, выражая сомнение.
— Обсуждать с тобой Левана я не буду, — отказываюсь наотрез.
— Я как-нибудь переживу это, Джугели, — ухмыляется. — Лучше расскажи про теннис.
— Что именно?
— Сейчас не играешь?
— Нет.
— Почему?
— Ну так ясно же. Мой тренер в Москве, а я в этом вашем захолустье.
— Воу-воу, чё за выражения? Попрошу уважительно относиться к моему городу.
— Извини, но в сравнении с Москвой, Красоморск — реально дыра.
— Смотря по каким параметрам оценивать, — принимается рьяно защищать свою малую родину.
— У нас тихо и спокойно. Красивая природа. Чистый воздух. Море, солнце, пляж. В столице ничего из перечисленного нет.
— Зато Москва — город больших возможностей. У меня они тоже были. До переезда, — не пытаюсь скрыть в голосе рвущуюся наружу грусть.
— Что мешает играть в теннис здесь?
— Да ты серьёзно? — аж останавливаюсь. — Абрамов, ты вообще понимаешь мой уровень?
— Джугели, — смеётся. — Корона не жмёт?"
"— Не жмёт, — горделиво задираю нос кверху.
