Кивает.
— Как дела вообще? Как съездила в Москву?
Злится? С чего бы? Разве имеет на это право?
— Отлично съездила.
— Я рад, — звучит фальшиво-саркастично.
— Мне надо идти, не успею переодеться на физкультуру.
Порываюсь дёрнуться к двери, но он прихватывает меня за локоть, как тогда.
— Подожди.
Поднимаю голову.
Раз. Два. Три.
Неловкий момент, которого я так опасалась, всё же наступает.
— Это тебе.
Решительно протягивает мне букет нежно-розовых роз.
Замечаю, как краснеют его скулы.
Боже…
У самой дыхание перехватывает.
Горячая кровь пульсацией стучит в висках и приливает к моим щекам тоже.
— Я не возьму, — отказываюсь наотрез.
— Почему? — цедит, буравя мрачным взглядом моё лицо.
— Почему? — выгибаю бровь, стараясь выглядеть предельно равнодушной.
— Смотрите, — мимо проходят незнакомые мелкие девчонки. Они шепчутся и открыто на нас пялятся.
— Просто возьми их. В чём проблема? — произносит парень раздражённо, явно теряя терпение.
— Извини, Марсель, но нет, — повторяю категорично. — Вот это тоже возвращаю, — достаю из кармана пальто бархатную коробочку.
Кладу в карман его куртки, пока он пребывает в состоянии некой растерянности. — Ни к чему. Ясно? Мне есть от кого получать подарки и цветы, — чеканю холодно и, не дожидаясь какой-либо реакции, ухожу, смешиваясь с толпой.
Тяну на себя тяжёлую железную дверь.
Оглушающе звенит первый звонок.
Достаю карту. Прохожу через турникет и тороплюсь попасть в гардероб, чтобы раздеться и переобуться.
Всё это в спешке, на автомате.
Лишь бы чем-то занять дико трясущиеся руки.
— Скорее выходим из раздевалки! Сейчас начнётся урок! Почему опаздываете? — отчитывает попутно завуч.
Подхватываю рюкзак и направляюсь в сторону длинного коридора, ведущего к спортивному залу.
Второй звонок застаёт меня именно там. Наши, под руководством физрука, уже, должно быть, строятся. А я… Останавливаюсь у окна и зачем-то осторожно выглядываю во двор, прячась за занавеской.
Неприятный разговор позади. Дыхательная функция, вроде как, восстановлена.
Но в груди отчего-то становится тесно и больно.
Абрамов всё ещё на крыльце.
Сидит на ступеньках.
Там же лежат и розы. Прекрасные, необыкновенные но, к сожалению, для меня запретные…
*********
С того самого первого букета проходит почти месяц.
Если что, после него их было ещё одиннадцать. Одиннадцать, представляете? Абсолютный рекорд за двадцать восемь дней, я считаю.
Школа. Дом. Балкон. Ворота.
Марсель упрямо оставляет для меня повсюду цветы.
